Автор
В двадцать первом веке ароматы диких лесов привязаны к глубинным подземельям и специальным лабораториям. Здесь же в тринадцатый век нашей эры, чистый воздух без мусора цивилизации окружал меня, как настоящий уголок природы. Слегка поднявшись на ощупь через тихие, покрытые снегом деревья и в непроникаемой тени туч, слух постепенно вернулся, готовясь услышать нечто невероятное....
С некоторой опаской, ведь и дед и прадед нонешнего князя погибли в битве с ними, а сам Борис тогда спасся лишь чудом. Но вместе с тем, и с некоторым нетерпением, желая отомстить татарам. Не только за своих другов, не вернувшихся с роковой сечи, но и за свой тогдашний страх и бессилие. В том роковом сражении у Калки ему даже не довелось преломить копье или скрестить меч с иноземцами. Едва козельская дружина построилась, готовясь отразить вражеский натиск, как отступающие, вернее, бегущие в диком ужасе половцы налетели на русский полк, расстроив ряды всадников и потоптав пешцев.
А еще лелеял наместник мечту, о которой ни разу даже духовнику не сказал, впрочем, и не почитая ее за грех гордыни. Все было у Бориса Олферыча — и сундуки с серебром, и почет от козлян, и уважение черниговского князя, и преданная дружина. Не хватало честолюбивому боярину только ратной славы. Ну сидит он в крепости, ну копит богатства.
"Поэтому и ожидал наместник татар без робости, желая реванша. Численность предполагаемого противника боярина ничуть не смущала.
