Он кивнул, не в состоянии придумать ответа. Он никогда не испытывал ничего подобного.
Они стояли по пояс в теплой воде, и ни один из них, казалось, не мог пошевелиться. Фейт выглядела восхитительно, золотистая и такая чертовски красивая, что трудно было поверить, что она настоящая. Но Фейт была настоящая, вся такая женственная, мягкая, разрумянившаяся, облепленная полупрозрачной белой тканью. Его жена.
Ее взгляд восхищенно скользил по его телу.
Он довольно улыбнулся и торопливо вышел из воды. Ему надо принести одеяло.
Фейт подпрыгнула. По мечтательному выражению ее лица Ник понял, что ее мысли где-то далеко отсюда. Она неосознанно все время что-то мурлыкала себе под нос в ритме стука лошадиных копыт.
– Прости, – выдохнула она, поворачивая к нему виноватое лицо. – Я не хотела, правда. Этого больше не слу... я больше не буду.
Он нахмурился. Ее испуганное лицо встревожило его.
– Я не сказал, что против. Я просто не узнаю мелодию.
С виноватым видом Фейт забормотала так тихо, что ему пришлось наклониться, чтобы разобрать слова:
– Я сама ее сочинила.
– Очень красивая мелодия. Ты часто сочиняешь?
Она бросила на него настороженный взгляд.
– А почему ты спрашиваешь?
Он небрежно пожал плечами:
– Да так, просто интересно.
Ее поведение озадачило его. Она вела себя так, будто он поймал ее на ограблении церкви или пожилой леди, а не на безобидном мурлыканье.
Какое-то неуловимое воспоминание промелькнуло у него в голове. Когда Стивенс подарил ей на свадьбу ту простенькую флейту, она взяла ее так, словно флейта была самой ценной вещью на свете. Что она сказала? В детстве у нее была флейта, и дед сломал ее. Вот оно что! Дед запрещал ей играть.
И, судя по выражению ее лица сейчас, старый ублюдок не ограничивался только словесным запретом. Она вздрогнула непроизвольно, словно в ожидании удара. Ярость вспыхнула совершенно отчетливо. Можно не любить музыку, но бить девочку, особенно ту, из которой музыка бьет ключом, как вода из ручья...
– Ты как-то говорила, что твои дед сломал флейту. Он сделал это нарочно?
– Да, это был ужасный день.
– Могу себе представить. Должно быть, ты расстроилась – осторожно сказал он.
Она заколебалась, затем метнула на него какой-го пристыженный взгляд.
– Все было гораздо хуже. Мою близняшку Хоуп избили и это была моя вина.
– Я играла на флейте – дедушка запретил играть и дажене знал, что она у меня есть. Он увидел меня из окна верхнего этажа. Он пошел искать меня и вместо меня нашел Хоуп. К несчастью, она сняла с себя веревку, и он не понял, какая это из близнецов.
– Что значит – она сняла веревку?
– Хоуп – левша Дедушка всевремя привязывал ей левую руку за спиной, чтобы она не могла ею пользоваться, но Хоуп была непокорнее меня. Иногда она убеждала кого-нибудь из слуг перерезать веревку.