– Не знал, что ты у нас такая нервная, – словесная дуэль продолжалась.
– Милок, я не у вас, я у себя.
Олесия, покачнувшись, встала на ноги и направилась к Агнии.
– Почему-то мне кажется, что нам, девочкам, надо уединиться? Я права?
Глаза Ведьмы оставались кристально чистыми, ни малейшего намека на опьянение.
– Права, – у Агнии сложилось твердое убеждение, что постоянное употребление спиртного Олесией не более чем умело разыгранный фарс. Отвлекающий маневр. Ладно, чем бы Ведьма ни тешилась, лишь бы помогала.
Сестра Ивара кивнула.
Мужчинам их затея не понравилась, о чем они и поспешили сообщить.
Домэн преградил дорогу, выразительно скрестив руки на груди.
– А вам не кажется, что мы тоже имеем право знать, что происходит?
– Терпение – высшая добродетель, – съязвила Олесия и, проходя мимо мужчины, как бы ненароком провела рукой по его бедру.
Домэн вздрогнул, глаза налились кровью, а тело стремительно начало увеличиваться в размерах. Шелковая рубашка затрещала по швам, ремень на джинсах лопнул, сами джинсы еще держались. На лице мужчины появилась синяя вязь, уже знакомая Агнии.
Такую она видела в комнате Ивара…
– Домэн! – голос Лаки прозвучал непривычно резко. Черты лица у девушки тоже изменились. Впервые за время знакомства Агния увидела, как из мягкой приветливой девушки она превращается в холодную властную хозяйку положения. Глаза прищурила и пытливо посмотрела на готового трансформироваться Воина.
Тот дышал тяжело, рвано.
Но пытался сдержаться.
Верхняя губа мужчины нервно задергалась, обнажив удлинившиеся клыки.
Агния вздрогнула. Да, с кем ей приходится иметь дело? Что или кто скрывается за брутальной внешностью тех, кого во многих мирах принято называть Воинами?
Домэн услышал Лаки. Резко развернулся на каблуках, раздраженно бросив:
– Пусть она держится от меня подальше, – и с этими словами вышел из гостиной.
Леон покачал головой.
– Девочки, вы перегибаете палку.
– Леон, мы поговорим, потом обо всем сообщим вам, – все тем же голосом произнесла Лаки.
Они прошли на кухню.
– Ну? – от нетерпения Олесия стала притопывать ногой. – Какое условие поставил Изляр? Что он хочет от тебя?
Агния посмотрела на застывшую в молчаливом ожидании Лаки. Перевела взгляд на Ведьму и с примесью горечи усмехнулась:
– Не только от меня, суккуба. Он желает увидеть танец. В моем исполнении. И твоем. Танец одалиски.
Лаки приглушенно выругалась и, подойдя к шкафчику, полезла за спиртным.
Лимит ее терпения закончился.
А потом рассмеялась, откинув голову назад.
– И когда приступим к обучению? Надо полагать, танцевать его ты не умеешь?
Во второй раз страшно уже не было.
А возможно, организм уже просто устал бояться.