В тревожную ночь на 178 судоремонтном заводе в Владивостоке двенадцать груженных контейнеров с новыми модулями «Тумана» вызывают у Армена Амосовича и его команды ощущение, что они на грани неизбежного. Алексей Тимохин, новый капитан корабля, вынужден столкнуться с необычайными трудностями в испытании «Тумана», чтобы спасти жизнь своего командира и русской военно-морской державы....
«Корды» пока умолкли, на время перебазирования с катеров, но десант уже достиг берега, поэтому в разговор вступили «Печенеги» и РПК. Японцы живо отстреливались из «арисак», но разница была в том, что японский солдат стрелял «примерно туда», а мои бойцы, используя ПНВ, били точно в цель, отправляя воинов микадо одного за другим к предкам. В инфракрасную камеру к Жукову попал момент, когда над недостроенным орудийным бруствером, картинно, с саблей наголо, поднялся японский офицер. Секунда и на этом предке камикадзе скрестились три или четыре двухпатронные очереди.
— Нет проблем, Александр Владимирович, — ответил Иванов, посмеиваясь, я слышал, как дальше он командовал своему командиру БЧ-3, - Армен, носовая башня — цель три, кормовая башня — цель четыре, зенитными, очередь по четыре снаряда на ствол, высота подрыва пять метров.
Несколько мгновений ничего не происходило, потом камера бокового обзора с одного БПЛА показала, что носовая башня эсминца бьет почти в упор по батарее на острове Су-Ли Дао, там разрыв на разрыве, облака то ли пыли то ли дыма, картина на тему, «есть ли жизнь на Марсе?». А вот кормовая, цель которой на Хаз-Ян Дао, стреляет… почти вверх, по зенитному.
