В тревожную ночь на 178 судоремонтном заводе в Владивостоке двенадцать груженных контейнеров с новыми модулями «Тумана» вызывают у Армена Амосовича и его команды ощущение, что они на грани неизбежного. Алексей Тимохин, новый капитан корабля, вынужден столкнуться с необычайными трудностями в испытании «Тумана», чтобы спасти жизнь своего командира и русской военно-морской державы....
Я вздохнул, — Дашу хочу назначить, она в бой рвется, а какой там бой, с ее то ранением? Да и, к тому же рабочий контингент в большинстве женский, мужик не справится. А в замы к ней Кима-особиста, он язык знает и вообще, так ему будет удобнее саму базу пасти, на предмет контршпионажа, будет у человека привычная работа. И еще одного рекомендовали, старпом на «Бутоме», хозяйственный, сил нет. Вот втроем они нам базу и поднимут. Ферштейн?
— Ферштейн! — Новиков прищурился, — Смотри, Палыч, гонки! Катера от «Вилкова» и «Аскольда» отошли одновременно, только «Вилков» в два раза дальше, а наш катер быстрее.
— Ты бы это, тому кто за штурвалом по ушам бы надавал, а то не время гонки устраивать, да еще с самим Макаровым. Это мы знаем что для «Редана» двадцать узлов это прогулочный шаг, семейная экскурсия. А у местных паровой катер больше восьми не сделает и не надо тыкать им этим в нос. Те, кому надо, те знают."
"— Палыч, сейчас будет цирк. — присвистнул Новиков, — Твоя Даша свой мундир одела.
— Да-с, Александр свет Владимирович, идем, полюбуемся… — мы не спеша спустились с пригорка. Слава всем богам, Даша одела практичный полевой камуфляж, а не парадку, которую она, кстати, тоже постоянно возит с собой. Ну, тоска у человека по прошлой жизни. Так, поднимается по берегу, через плечо Вадиков «Кедр».
— Товарищ… Одинцов, капитан Спиридонова по вашему приказанию прибыла.
— Вольно, — за Дашей подошел профессор Шкловский, — Добрый день, Лев Борисович.
