В тревожную ночь на 178 судоремонтном заводе в Владивостоке двенадцать груженных контейнеров с новыми модулями «Тумана» вызывают у Армена Амосовича и его команды ощущение, что они на грани неизбежного. Алексей Тимохин, новый капитан корабля, вынужден столкнуться с необычайными трудностями в испытании «Тумана», чтобы спасти жизнь своего командира и русской военно-морской державы....
Какие бы дорогие костюмы не носили эти накачанные парни, опытный глаз всегда узнает в них питомцев девятого управления.
Умеет же товарищ Одинцов напустить на себя важный вид, помнится, он в нашем КБ так проверяющего генерала опустил ниже плинтуса.
— Одинцов! — небрежно сунул он в нос особисту свои красные корки, и обернулся к телохранителям, — парни, у нас разговор… — парни поняли и, не теряя достоинства, покинули зону слышимости.
— Товарищи офицеры, мы будем работать серьезно, или валять дурака? Для желающих повалять дурака, есть дурка, могу обеспечить путевку всерьез и надолго.
— Первое: товарищ майор, один взвод в оцепление на пирс, второй на корабль. Установить контроль за периметром, как по суше, так и по морю. При попытке несанкционированного проникновения со стороны моря — огонь на поражение без предупреждения. При попытке проникновения со стороны суши — действовать согласно устава караульной службы.
— Второе: Товарищ Тимохин, всех ваших людей, которые не нужны на разгрузке, направить на борт, пусть размещаются в кубриках. Капитан второго ранга Ольшанский выделит ответственных из свой команды.
— Третье: Капитан второго ранга Степанов и товарищ Тимохин создают из своих специалистов сводную бригаду для погрузки и монтажа оборудования. Не исключено, что следующие испытания служба РТВ Тихоокеанского Флота будет проводить самостоятельно.
— А вас, уважаемый Армен Амосович, я попрошу не волноваться, езжайте в гостиницу, Алексей Иванович и без вас прекрасно справится.
— Семен, — подозвал он одного из своих телохранителей, — отвезешь Армена Амосовича в гостиницу, если по дороге надо куда заехать, не стесняйся, время у тебя до вечера. Будешь нужен раньше — вызову.
— Погодытэ Павэл Павлович… — старик подошел ко мне, — Удачи тэбэ сынок… — и заплакал. А ведь у него, в девяностом, всю семью в Сумгаите убили…, жену и трех сыновей…. А ведь я пришел в его отдел после Бауманки в том же девяностом.
