Безопасность сидела за столом в своем кабинете, голова склонена над папками. В камине пламя косилось по черепицам, когда две дружные луны взирали на мир из верхних рядов небес. Раздался стук — вход. Безопасность оторвалась от документов и мгновенно пригляделась к тем, кто въезжает....
Варлок, взмыв в небо, приземлился рядом со мной, встав так, что в любой миг мог бы закрыть собой от принца.
Мы стояли вчетвером среди хаоса и разрухи. В окружении обломков стен домов, крошева стекол, щебня некогда булыжной мостовой. Где-то там, далеко, звучал истошный женский крик, которому вторил плач младенца. И еще тысячи встревоженных, испуганных голосов.
Невиновные."
"— Не стоит множить смерти там, где можно дарить жизни. — Голос Варлока был спокойным. Но я уже знала, что за такой обманчивой невозмутимостью скрывается шторм.
Варлок был истинным воином, чтившим завет: выиграть можно лишь в той войне, которой удалось избежать. Как бы альв ни ненавидел императора и его службу разведки, как бы ни желал сейчас убить ненаследного принца…
В моей же душе клокотала лишь ненависть к тому, кто хотел воспользоваться слабостью соседа, посчитав, что жизнь моей матери — разменная монета.
— Я готов отдать жизнь за то, чтобы этого не произошло, — ответил принц.
— Я тоже, — в тон ему произнес альв и добавил: — Свою, но не ее.
— Невеста? — Высочество удивленно изогнул бровь, но лицо его осталось невозмутимым.
— Единственная, — холодно то ли возразил, то ли уточнил альв.
— Тогда мне стоит начать с извинений. Эйра… — Ненаследный принц сделал характерную паузу, дабы я назвала ему свое имя.
Но я не собиралась.
Маг это понял и с искренним покаянием в тоне, чтобы никто и помыслить не мог об издевке, продолжил:
— Уважаемая эйра, которая едва не смела своей силой целый квартал столицы, угнала с рыночной площади дракона, разнесла стену тюрьмы и едва не убила взвод жандармерии, я искренне прошу у вас и вашего нареченного прощения, что хотел пронзить вас заклинанием Ироя…
— Вообще-то тюрьму я разнес.
Именно тут я и поняла: эти двое не просто знакомы, а преотлично знакомы. И счет на разрушенные стены и павших бойцов у них перевалил за добрый десяток. Потому что не могут просто случайно знакомые так хорошо знать повадки друг друга. Только верные враги.
— К тому же ты никогда не умел тонко язвить, Арнсгар.
