Узники темницы эльфийских разведчиков - члены загадочной организации "Несогласных" с татуировками клана, в глазах людей - признаки непонимания и опасности. Мистический подземелье становится местом не только плена, но и открытий: каждый заключенный держит ключ к уничтожению своего народа....
Угнетенные и напуганные, они окунулись в напряженную тишину.
«Я не могу ее потерять, — в панике думал Эвер. — Что я буду делать, если Иданн станет монстром?»
Его любимая была так раздавлена случившимся, что долго не могла сообразить, как вернуться на исходный маршрут. В конце концов они отправились обратно в деревушку и провели в сарае еще одну ночь: сил двигаться дальше не осталось ни у кого.
Игнорируя осуждающие взгляды Фая, Эвер всю дорогу до поселка, а потом, и под крышей их временного убежища не выпускал эйхарри из рук.
— Иданн.
В темноте сарая под звуки хлынувшего дождя он целовал ее пальцы, ее щеки, ее волосы и плечи. Он звал ее по имени, чтобы она откликнулась и он мог услышать тихий знакомый голос. Услышать и убедиться: этот голос не принадлежит Чудовищу из Сумрака. Но и после беспокойство не разжимало свои тиски. Взволнованный Эвер заглядывал Иданн в лицо и с замиранием сердца искал в ее глазах тьму.
— Хватит, — в какой-то момент проворчал Фай, потеряв терпение. — Еще и прилюдно. Постыдился бы. Вы даже не помолвлены.
— После всего, что ты видел, мог бы уже и привыкнуть, — отозвалась Иданн. К великому облегчению Эвера, она наконец вышла из своего жуткого ледяного транса. — Неужели у вас там в Троелевстве никто не целуется до свадьбы? Никто-никто? Даже тайком?
— Разумеется, нет.
Теперь на Эвера, вопросительно вскинув бровь, смотрела и Иданн.
— Все в порядке, — он улыбнулся ей мягко и чуть печально. — Не слушай его. — А затем поднес к губам ее ладонь и поцеловал.
Любимая не согласится стать его женой, поэтому Эвер будет благодарен судьбе за то, что имеет.
← Глава 22
Глава 24 →
Глава 24"
"На самом деле слова Фая разбередили старую рану.
Эвер знал, что каждый в Троелевстве осудит его так же, как Фай. Знал, чем подобное распутство грозит у него на родине, в «Воль’а’мире».
