Узники темницы эльфийских разведчиков - члены загадочной организации "Несогласных" с татуировками клана, в глазах людей - признаки непонимания и опасности. Мистический подземелье становится местом не только плена, но и открытий: каждый заключенный держит ключ к уничтожению своего народа....
Клянусь, ты меня не возьмешь, — и договорив, он решительно вздернул подбородок.
— Садись, — кивнула я на раскладной деревянный стул. — Никто пока не посягает на твою честь."
"Эльф вздрогнул, и я сообразила, что сморозила глупость — второй раз за последние пять минут: сегодняшняя ночь оставила от чести бедолаги одни лохмотья.
— Здесь ты в безопасности, — поспешила я исправить свою оплошность. — То, что принадлежит эйхарри, не трогают. А сама я не опущусь до насилия.
Плечи воина немного расслабились, но на лице по-прежнему читалось недоверие.
— Прошу, сядь. И скажи, как к тебе обращаться.
С видом, будто делает одолжение, эльф опустился на стул, на самый его краешек. Он сел осторожно, но его зубы все равно сжались от боли: я заметила, как напряглись, отчетливо проступив под кожей, желваки.
Свое имя пленник так и не назвал. Спустя минуту молчания стало окончательно ясно, что ждать ответа нет смысла.
— Надо бы раздобыть тебе одежду, — сказала я, и светлая бровь пленника дернулась в удивлении.
— Желаешь прикрыть все эти уродливые следы, которые оставили на мне твои люди? А я был уверен, что Чудовищу из Сумрака нравится вид крови.
Голос эльфа сочился ядом, а еще он скрипел, словно сухая галька под ногами, и это напомнило мне о том, как несчастный тянулся к осколку глиняного кувшина, в котором сохранилось немного жидкости.
— Хочешь пить.
Я не спрашивала — утверждала. Глаза эльфа расширились. Подобравшись, он тяжело сглотнул и облизал губы, шершавые, как листы папируса.
— Что ты хочешь за кружку воды? — тихо спросил он, опустив взгляд, и добавил, прежде чем я успела вставить хотя бы слово: — Что ты хочешь, кроме моего тела?
Острые скулы порозовели. Гордость не позволила эльфу опуститься до унизительной просьбы. Он выбрал меньшее из зол — предложил сделку, видимо, не просто хотел пить — умирал от жажды.
Покачав головой, я вытащила из сундука флягу и протянула пленнику.
— Что я буду должен за это?
Каким же бессердечным монстром он меня считал, если даже мысли не допускал, что его могут напоить бесплатно.
В ожидании ответа эльф нетерпеливо поглядывал на флягу. Его исцарапанная грудь, вся в разводах от грязи и крови, тяжело вздымалась. Один из маленьких сосков — левый — был прокушен. Только сейчас я заметила вокруг него отпечатки зубов.
