Узники темницы эльфийских разведчиков - члены загадочной организации "Несогласных" с татуировками клана, в глазах людей - признаки непонимания и опасности. Мистический подземелье становится местом не только плена, но и открытий: каждый заключенный держит ключ к уничтожению своего народа....
Нам требовалось время, чтобы привыкнуть друг к другу и смириться с неизбежным: с тем, что пленнику придется раздеться полностью и позволить врагу коснуться его самых стыдных и неприличных мест.
Прикрыв глаза, эльф подставил мне лицо.
— Думаю, будет удобнее, если ты чуть приоткроешь рот.
Вроде я ничего страшного не сказала, но мои слова заставили несчастного содрогнуться всем телом.
— Нет, — он резко отвернулся и даже отсел от меня подальше.
— Но…
— Нет.
— Инфекция…
— Я сказал нет!
Он посмотрел на меня.
— Ладно, не надо ничего открывать. Я так смажу.
— Пусть останется как есть. Не трогай мой рот.
— Я и не трогаю.
— Не трогай.
Он опустил голову, с шумом вдыхая и выпуская воздух. Прошло больше получаса, прежде чем ему удалось взять себя в руки и мы смогли продолжить лечение.
Пока комната тонула в напряженном молчании, полог шатра отдернулся, и внутрь вошел слуга, один из хрупких юношей подай-принеси.
— Ты наверняка голоден. Закончим с грудью и позавтракаем.
Я зачерпнула из миски немного мази и обвела пальцем прокушенный сосок. Кожа вокруг маленькой розовой горошины воспалилась и припухла. Я видела четкий отпечаток человеческих зубов.
— Кто это сделал? — Не знаю, почему у меня вырвался этот вопрос, он был абсолютно бессмысленным. Вряд ли эльф запоминал лица своих насильников.
— Я закрыл глаза, — сказал он, хотя я была уверена, что не дождусь ответа. — Потом я закрыл глаза.
Его голос звучал спокойно и буднично, и от этого механического тона, абсолютно лишенного эмоций, вдоль позвоночника пробежала ледяная дрожь.
— Давай поедим, — поспешила я сменить тему, но только потянулась к тарелке с мясом, как полог шатра снова распахнулся.
На пороге стояла Мерида.
Я оказалась рядом с ней раньше, чем успела сообразить, что делаю. Вот я сижу на кровати рядом с эльфом, а вот — уже сжимаю горло советницы, царапая кожу выросшими когтями.
— Ты! — Мне хотелось ее убить, растерзать, разорвать в клочья. Отомстить за все, что пришлось испытать пленникам. Заставить на собственной шкуре прочувствовать их боль, это невыносимое унижение, ужас, которому нет предела. — Ты нарушила мою волю. Я отдала приказ! Ты должна была остановить солдат, но ослушалась. Солгала! И теперь умрешь.
Мерида хрипела.
