В мире где реальность и фантастические сюжеты беспрерывно переплетаются, наша героиня врывается как пивной шест в толпу стаканов. Восемнадцатый год – это время, когда жизнь наполняется необъятными возможностями и неумолимой опасностью борьбы с наркомафией. Здесь каждый герой готов на все ради своего будущего, от юмористических эпизодов до жестоких боевиков, где только воображение сможет себе представить....
Наверняка мы это не знаем, так что это еще под большим вопросом…
– А похоже на правду, – сказал Костя и, слегка порозовев, уточнил: – Это я по поведению юного гренадера…
– А что там в его поведении?
– Ну… Его последние фразы… – Лицо нашего психолога стало несчастным, голос предательски дрогнул. – Знаете, он говорил как человек не просто обреченный… А твердо знающий, что он делает что-то неправильное… Ну, как бы это… В общем, он же молодой, а такая тоска была в голосе, как у старика, что прожил жизнь и вдруг понял, что не так прожил, как надо бы… Короче, он вел себя не как боец правопорядка, которого террористы зажали, а это… Ну, как бы наоборот, что ли… Хотя он отчетливо понимал, что мы такие же, как он, и говорил об этом.
– Да не надо, и так понятно, – Петрушин осторожно похлопал Костю по плечу. – Скот он был, вот что я тебе скажу. Боец правопорядка не стал бы брать женщину в заложники и потом рвать себя и ее гранатой.
– Легко сказать – «скот». Нет, там все гораздо сложнее… Ну, я не знаю… Короче, не было веры в его голосе, – собравшись, завершился Костя. – Он понимал, что умирает за неправедное дело. И – никакой патетики – тоска была как раз от того, что осознавал: дурак я, дурак – влез куда не надо, теперь умираю глупо и бездарно…
– Интересное наблюдение, – без эмоций отметил Иванов. – Нам это как-то поможет?
– Предсмертные метания вот этого юного гренадера – никак.
– Каким образом?
– Если мы сейчас затеем с ними комбинационную игру, имеем полное право выступать с позиции этаких «крутых перцев», каждое слово которых будет подкреплено не какими-то там абстрактными обещаниями и угрозами, а готовностью к немедленным действиям, подтвержденной отчетливой конкретикой – одиннадцатью трупами.
– Ух, как складно сказанул, – бесхитростно восхитился Вася. – Потом повторишь – я запишу.
– Да, интересная мысль, – Иванов сделал очередную пометку. – Лиза, есть что сказать?
– Мне понравился Васин вариант.
– В смысле?
– Исполнить Гафарова.
Ну вот… И не поймешь – шутит или как. Взгляд вполне серьезный.
– Да, кровожадность – заразная штука, – покачал головой Костя.
