То есть одни копают в одну сторону, другие — в другую, третьи осуществляют архивно-аналитическое обеспечение, четвертые занимаются текучкой, «быстрым реагированием» по событиям, случившимся буквально только что… Короче говоря, Андрей считал, что от полупартизанской работы расследователей-одиночек надо переходить к созданию специализированной структуры…
Обнорский к 1996 году был уже достаточно известным в Петербурге журналистом (читатели, правда, знали его в основном по псевдониму — Серегин), которого приглашали к себе на работу самые престижные в городе СМИ.
Поначалу Андрей пытался использовать эти приглашения как возможность рассказать главным редакторам о своих задумках. Серегин наивно полагал, что за его идею тут же кто-нибудь ухватится… Его ждало полное разочарование. Таких богатых средств массовой информации, которые могли бы «потянуть» организацию и материальное обеспечение внутри себя отдельной расследовательской структуры, просто не было.
Все упиралось в деньги. Все прекрасно понимали, что структура, задуманная Обнорским, способна выдавать интересные (и даже очень интересные) материалы, но никто не верил в ее рентабельность.
Однажды, правда, Серегину все же улыбнулась удача. В середине девяносто седьмого он сумел договориться с одним из трех совладельцев очень крупного рекламно-газетного концерна — тот был заинтересован в поднятии тиражей своих изданий и посчитал, что имя Серегина, появившись на страницах его газет, привлечет много новых читателей.
Обнорский перейти на работу в «Рекламу-Плюс» (так именовался концерн) согласился, но только при одном условии — если пригласят не его одного, а целую группу журналистов, которые будут работать в автономном режиме и выпускать интересную и читабельную расследовательскую продукцию. Газетно-рекламный магнат подумал, подумал и согласился — денег у него в ту пору было много. Обнорский немедленно составил штатное расписание Службы журналистских расследований — так он решил назвать свою структуру.
Предполагалось, что она будет состоять из трех отделов: архивно-аналитического, оперативного (или репортерского) и собственно отдела расследований. Под каждую позицию в штатном расписании Андрей заложил достаточно высокий оклад. Обнорский полагал, что журналисты будут полностью сосредоточены на своей работе лишь тогда, когда будут получать приличные деньги.