Вероятно, армия могла когда-то в годы Холодной войны построить тут какую-то часть, склады, полигон или что-то в таком духе, а сейчас, когда в девяностые годы у них прошли сокращения вооружений, не стали отказываться от зданий. Законсервировали. Вроде как, пусть будут. Стоят себе, кушать не просят.
В Ленобласти я видел несколько таких же брошенных военных комплексов, только, конечно, наши намного крупнее.
Тут было огорожено пару десятков гектар, стояли какие-то мрачные безликие строения без окон и два пирса с небольшим портовым краном. Кран был выкрашен толстым слоем тотальной чёрной краски, часть которой от времени облупилась. Кроме того, судя по белому налёту, кран нравился чайкам.
— В этом месте столбы упали, значит за комплексом давно не следят, — я первым перешагнул через мотки ржавой колючей проволоки, а затем подал руку, чтобы помочь дамам.
Нагата моей помощью воспользовалась, а Маюми только усмехнулась. Она перемахнула через колючку с прыгучестью рыси. Ну так она и есть рысь.
— Где он? — спросила она принюхиваясь.
Я указал на темный едва различимый силуэт на берегу у самой воды. Екай неторопливо возился с какими-то дырявыми сетями. Пока мы подходили, он извлёк из сети несколько рыбин и закинул в большое пожарное ведро.
— Здравствуйте, — окликнул я.
Екай вздрогнул, обернулся, бросил ведро и задал стрекача, попытавшись скрыться в бетонных развалинах. Я собирался броситься в погоню, но Нагата придержала меня с улыбкой.
— Маюми справится, — сказала она совершенно спокойно.
В самом деле Маюми Кимото сорвалась с места, словно гончая, спущенная с поводка. Если б я не видел своими глазами, не поверил бы, что человек способен вот так бежать. Она с легкостью запрыгнула на крышу какого-то строения, пробежала по кровле, и исчезла из виду, спрыгнув с другой стороны.
Не прошло и минуты, как она вернулась, ведя перед собой неудачливого беглеца. И если мы искали сурового убийцу, который расправился с двумя якудзами, то этот персонаж на него походил весьма слабо.
Согбенный, сморщенный, с жиденькими волосами, одетый в какие-то вставшие колом от налипшей грязи лохмотья, с потемневшими истёртыми зубами, он испуганно шарил глазами и нечленораздельно мычал.
— Ты кто такой? — сурово спросила Нагата, словно офицер, которому привели на допрос изловленного диверсанта.
— Ю… Ю… Юки, — проблеял екай.