Да не расстраивайтесь вы так, дело житейское. Посмотрите на это фото. – В горле пересохло, но майор откладывал момент до последнего; он выложил на стол старый снимок Старчоуса.
Лацис взял снимок, всмотрелся.
– Фото старое, – добавил Никита. – Ему как минимум три десятилетия. Похож на вашего заказчика?
– Он и есть, – сообщил арестант желанную новость. – На фото он моложе, бесспорно, но время этого человека не сильно испортило. Он такой же осанистый, ни капли жира. Хорошо воспитан, учтив. Хорошо говорит по-русски, возможно, это родной его язык, но… – Лацис помешкал, – у меня сложилось мнение, что он его редко использует, как-то старомодно высказывается, без современных оборотов, которые входят в русскую речь…
– Понятно, – кивнул Никита. Приходилось сдерживать охватившее его возбуждение. – Вы можете нам помочь в поисках этого человека?
– Даже при всем своем желании, – покачал головой Лацис. – Мы встречались только раз. О себе он ничего не рассказывал. Поговорили, расстались. В этом вопросе вам не поможет даже Герман Леонидович в случае своей поимки. Так устроена эта система. Но человек, как видно, компетентный, раз вышел на посредника. Мне показалось, что он приезжий. Но знает город, знаком с укладом жизни, хотя порой изъясняется причудливо…
И чего добились органы? Подтвердилась версия, что убийства Гаранина и Лисовца связаны и над обоими витает зловещая личность Старчоуса. Это важно, спору нет. Но как-то мало. А вообще, занятно. Старчоус, как Фигаро, витает по Москве, ставит людям задачи. Для устранения Гаранина привлек Колчина, для убийства Лисовца – Лациса. Один бы исполнитель не справился? Видимо, нет. Подготовка занимает время, а оно поджимало. Почему? Существует ли еще кто-то – помимо этой пары потерпевших? Вопрос был интригующий. Но пока в Москве ничего подобного не повторялось. Убийств хватало, но все не то. А почему именно в Москве? Чем плохи Ленинград или какой-нибудь Невельск на острове Сахалин?
– А кто он? – Любопытство победило, Лацис внимательно разглядывал фотоснимок, и что-то в нем ему не нравилось, – Можете о нем сказать? Он на снимке в гражданском костюме, но в нем есть что-то военное…
– Не совсем, – вздохнул Никита. – До войны этот господин работал бухгалтером. В войну дослужился до звания оберштурмбанфюрера СС, лично участвовал в карательных акциях против мирного населения…
Лацис смертельно побледнел.
– Послушайте, я не знал… Честное слово, я не знал…
Во все аэропорты, вокзалы, автостанции разлетелись ориентировки.
