По собранной информации, мужчина был не вредный, не кичился своим положением, с коллегами вел себя учтиво. За работу спрашивал, но никогда не срывался на крик. Проникнуть внутрь сотрудники могли, но это было опасно. «Жигули» переставили, чтобы было удобнее наблюдать. Воспользоваться другим выходом Дворский не мог. Запасные выходы, разумеется, имелись, но использовались в экстренных случаях, например при пожаре. Любой проходящий через вахту предъявлял пропуск в развернутом виде и отмечался. Не сказать, что в эти часы Дворский остался полностью безнадзорным. С парой сотрудников первого отдела предварительно провели работу. Наблюдали ненавязчиво. Совещание у заместителя директора по научной части, перекур, совещание с сотрудниками отдела, которое Дворский проводил лично. Два часа в лаборатории, где использовались защитные костюмы и респираторы. Дезинфекция, перекур. Хождение по лабораторным корпусам, обед в институтской столовой. Кокетничали молодые дамы, вкрадчиво улыбались Борису Лаврентьевичу. Одна пыталась пообщаться, даже подсела к нему за столик. Но Дворский был не в духе, красотка расстроилась. Невзирая на возраст, доктор биологических наук пользовался успехом у прекрасного пола. После обеда он сидел в лаборатории, работал с микроскопом. Затем опять был вызов к руководству института, и пришла интересная новость: ночью Борис Лаврентьевич и еще одна сотрудница вылетают на испытательный полигон в Аральском море, где будут проводиться рабочие эксперименты. Командировка двухдневная: ночевка в тамошней гостинице, а в пятницу вечером, перед выходными – обратно в Москву. По этой причине Борис Лаврентьевич на час раньше ушел с работы. Никита вовремя подсел в «Жигули» с «топтунами». Работка у парней, конечно, адская – большую часть рабочего времени проводишь в ожидании. Покидать рабочее место – боже упаси, вдруг появится клиент? Именно так и вышло. Подкатила серая «Волга» – словно по мановению волшебной палочки; приняла на борт сбежавшего со ступеней ученого. Он чего-то боялся, мания преследования была налицо. Водитель «Жигулей» пропустил пару машин, пристроился в хвост. Движение к концу дня уплотнилось, у светофоров даже образовывались заторы. Только раз водитель сделал остановку – на Ленинско-Слободской улице, Дворский сбегал в гастроном. Один из сыщиков последовал за ним. Гастроном не блистал продуктовым изобилием, но отдельные категории товаров все же продавались. К каждой секции выстроилась очередь.