Георгий тоже устроился рядом. Я молчала, и он молчал. Очень хотелось встать и убраться восвояси, но сил на это не было.
– Детка, – изрек он по прошествии некоторого времени, – я понимаю, что сейчас не самое лучшее время, но… по-моему, нам есть о чем поговорить.
– Я тебе не детка, и вообще, катись отсюда.
– Грубо, – с притворной обидой поморщился он. – Ты нуждаешься в друзьях, это очевидно.
– И ты, конечно, друг?
– Разве не похож? – заметил он с печалью.
– Не-а. Откуда мне знать, может, ты меня с моста и скинул, а теперь дурака валяешь.
Я легла и закрыла глаза. На меня вдруг накатило странное безразличие, даже мысль о том, что меня действительно пытались убить, особенно не занимала меня. Солнце жарило вовсю, а я все никак не могла согреться и зябко ежилась.
– Здесь неподалеку моя машина, – напомнил о себе Георгий. – Я бы хотел показать тебя врачу. К тому же ты озябла.
– Ты еще здесь? – спросила в ответ я.
– Чем я тебе так упорно не нравлюсь? – разозлился он.
– На этот счет я уже высказалась и повторяться не буду. Оставь меня в покое, не то я закричу.
Тут одна из проезжающих машин остановилась, и в поле нашего зрения возник морячок.
– Ушел, гад, – сообщил он, досадливо морщась. – Двор оказался проходным.
– Как жаль, – усмехнулась я, а морячок вдруг обиделся.
– Между прочим, я в этом городе чуть больше недели и все ваши подворотни знать не обязан. Его кто-то на тачке ждал, не то бы я его перехватил.
Георгий поднялся и сделал попытку взять меня на руки.
– Оставьте меня в покое! – перешла я на крик.
– Это нервное, – пожал плечами Георгий, точно извиняясь за меня, и вдруг заявил: – Марш в машину, быстро.
– Нашел дуру, – фыркнула я, почувствовав себя гораздо лучше, потому что заметила милицейскую машину, она плавно тормозила рядом с той, на которой приехал морячок, неприметной обшарпанной «девяткой». Между прочим, с местными номерами.
– Разберись, – кивнул морячку Георгий, и тот направился к милиционерам, которые как раз выходили из машины. Георгий взял меня за руку и повел к «девятке».
– Отстанешь ты наконец? – разгневалась я.
– Сейчас довыпендриваешься и угодишь в психушку, – заявил он. – Самоубийцы обожают прыгать с моста, особенно если несчастная любовь или разводятся с мужем.
Это подействовало. Я покорно села в машину, Георгий устроился рядом. Минут через десять вернулся морячок.
– Порядок, – весело доложил он и сел за руль.
Через некоторое время мы оказались возле дома, в котором снимали квартиру Георгий с морячком. Я бы предпочла собственную квартиру, но к тому моменту основные чувства ко мне уже вернулись, и теперь меня одолевало любопытство, требовалось срочно его удовлетворить. Георгий взял мою сумку (он спас не только меня, но и ее), нахально открыл и протянул ключи от моей машины Виктору.