В темном шатре после зажженных свечей и молчаливого салюта, гости запутываются в тенистых играх ветра. Ночь окутана бурей, а музыка тонула в урагане шепотовок и возгласов. Попытка социального взаимодействия кажется неосуществимой под ледяным куполом свечей.
Боже, он всегда такой рассудительный — иногда просто до бешенства, всегда принимает взвешенные решения. Я смотрю на черную спутанную массу, которая теперь валяется на полу. Сложно поверить, что так кто-то хотел сделать что-то поистине ужасное.
— Дорогая, — нежно говорит Уилл, — мы оба устали. У нас был тяжелый день. Давай не будем об этом переживать. Возьмем новую простыню из свободной комнаты.
Свободная комната предназначалась для родителей Уилла. Они никак не могли смириться с нелепой идеей остаться на острове.
— Принеси еще новое одеяло, — прошу я Уилла. Меня подмывает сказать, что я хочу поспать в другой комнате. Но это было бы иррационально, а я горжусь тем фактом, что совсем не такая.
— Конечно, — Уилл показывает на водоросли.
В программе Уилл сбегал от волков и отбивался от летучих мышей-вампиров — хотя команда всегда была рядом и могла помочь — так что все это должно было показаться ему жалким. Немного водорослей на простынях — не так уж и страшно, по большому счету.
— Я завтра с утра поговорю с парнями, — говорит он. — Скажу им, что они чертовы идиоты.
— Ладно, — соглашаюсь я. Он так хорошо умеет успокаивать.
И все же в этот момент, причем ужасно неподходящий, в голове всплывают слова из этой кошмарной маленькой записочки.
Он не тот, за кого себя выдает…
изменник… лжец…
Не выходи за него.
— Здоровый сон, — успокаивающе говорит Уилл. — Вот, что нам нужно.
Я киваю.
Но мне кажется, что я не сомкну глаз.
Ифа. Свадебный организатор
Снаружи шум. Странный звук, напоминает плач. Больше похоже на человека, чем на животное, но в то же время есть в этом вопле и что-то нечеловеческое.
