В тот самый миг, когда второй, с битой, незаметно заходил к Гурову со стороны спины, водила «бэхи» с истеричным воплем: «Получи, падло!!!» – ринулся в атаку, выписав ногами «мельницу».
Однако этот выпад оказался хоть и эффектным, но пустопорожним дерганьем. Лев быстро шагнул вправо и развернулся на девяносто градусов, из-за чего атаковавший его «ломовик», промазав ногами вчистую, сам едва не потерял равновесие. Да и «битоносец», выжидавший момент, чтобы напасть именно тогда, когда Гуров схватится с его подельником, теперь лишь растерянно размахивал своей дубиной, не зная, как и что ему делать.
А Гуров, стремительно шагнув в сторону «битоносца» и выполнив высокий прыжок с разворотом на сто восемьдесят градусов, одновременно с уходом от удара биты сам нанес удар ногой ему в голову. И хотя его противник, явив неплохую реакцию, успел частично уклониться, край жесткого каблука туфли Гурова, пройдя вскользь по его голове, поддел ухо нападавшего и почти до половины его оторвал.
Визгливо взвыв, «битоносец» выронил свое оружие и, схватившись рукой за голову, ринулся прочь, а меж его пальцев сочилась темно-красная кровь. Однако Льву обращать на это внимание времени не было. Еще мгновение спустя он вновь развернулся на сто восемьдесят градусов и почти лицом к лицу столкнулся с «ломовиком». У того, как он теперь смог различить, на левый кулак был надет шиповатый кастет иноземного производства. Как «на автопилоте» Гуров успел отметить: этот тип был левшой, что несколько осложняло ситуацию. А тот, как видно, крайне раздраженный срывом своей предыдущей атаки, вновь ринулся на него со слепой яростью раненого носорога.
Выполнив ложный финт руками, Лев попытался провести удар ногой в сплетение, однако его снова ждала неудача – он сам едва не попал стопой в капкан чужих крепких рук. Крутанувшись волчком и яростно молотя кулаками, нападающий выбросил левую руку, намереваясь нанести удар кастетом в переносицу. Лев, выполнив нырок, успел уйти от этого коварного удара. Вернее, почти успел – один из шипов кастета, вскользь чиркнув по его щеке, оставил на ней свою отметину.
И тут Гурова словно прорвало… С ним такое случалось нечасто – чтобы во время схватки, подобной этой, он поддался эмоциям и в нем проснулся разъяренный медведь. Но в тот момент с ним произошло именно это. Теперь уже он сам, ощутив запредельный выброс адреналина, ринулся на противника, перехватив его левую руку резким скручивающим движением, разрывая при этом связки локтевого и плечевого суставов.