Ну это понятно – с чем еще могут приходить бандиты? Гурова это не касалось, но все же он подумал, что неплохо бы дать знать об этом следователю Васнецову. Помнится, Денис Юрьевич говорил, что собирается навести здесь порядок в этом вопросе…
Но долго раздумывать над этим Гуров не стал – уж слишком он был голоден, а вареники на столе уж очень аппетитными. Мария, забыв обо всем остальном, уже основательно налегла на них: одна тарелка была пуста, и она принялась за вторую.
Гуров тоже с удовольствием ел и чувствовал, как растягивается у него желудок, плотно набиваясь тестовой массой со всевозможными начинками, и не мог остановиться. Наконец он все-таки сделал над собой усилие и отложил вилку. Они с Марией посмотрели друг на друга и смущенно улыбнулись.
– Ну вот, а говорила – не одолеть, – улыбнулся Гуров.
Он запил завтрак, который по времени и сытости больше походил на обед, двумя стаканами компота и хотел было заказать еще и кофе, но, обернувшись на Галю, увидел, что та, отойдя в сторонку, взволнованно разговаривает с кем-то по телефону, а по лицу ее текут слезы. Гуров положил на столик деньги, присовокупив к ним достаточно щедрые чаевые, и встал из-за столика.
Когда они проходили с Марией на выход мимо Гали, Гуров услышал, как женщина говорит в трубку:
– До семи вечера надо, Лина, понимаешь? Срочно, иначе не жить нам!
– Да уж, в этом благословенном маленьком поселке творятся нешуточные страсти, – заметила Мария, когда они вышли из кафе «Хуторок». – Надеюсь, нас с тобой они не сильно коснутся.
В последнем ее замечании явственно слышался немой вопрос, и Гуров поспешил успокоить супругу:
– Не волнуйся. Что касается расследования, то я здесь участвую неофициально. Следовательно, напрягать меня никто не имеет права. Основное расследование ведет Васнецов, ну и Крячко в Москве помогает. Ну, или сержанты по приказу Крячко, – добавил он, посмеиваясь.
– Знаю я твое «неофициально»! – погрозила ему пальцем Мария. – Опять небось собираешься куда-то по делу?
– И в мыслях не было! – заверил ее Гуров, приобнимая за плечи. – Более того, сейчас мы с тобой отправимся на пляж и ни о каких делах думать не будем.
Они и впрямь пришли на пляж и расположились в шезлонгах. Многие жильцы пансионата уже освободились после беседы с полицией и теперь тоже перекочевали сюда, бурно обсуждая произошедшее. Гуров в душе думал, что после совершения убийства мало кто захочет появиться на пляже, ставшем местом преступления.