Как можно было забыть о том происшествии в парке? Должно быть, это результат стресса, что неудивительно, если учесть, сколько сегодня выпало на ее долю: это ужасное письмо, знакомство со сногсшибательным детективом Бьюкененом, потом строптивая Мелисса и еще детектив Конолли.
Риган собралась с мыслями и внятно рассказала о приеме, который она и подруги посетили тем вечером.
— Софи подписалась на семинар, который длился все выходные… И я совершенно точно говорила вам, что Шилдс проводит в Чикаго два семинара в год.
— А зачем вам вообще понадобилось туда идти?
— После посещения полицейского участка стало очевидно, что детектив Суини не собирается вести расследование. Ну…
— И мы решили сделать за него хотя бы часть работы. Алек нахмурился: «Однако».
— И каким же образом вы собирались выполнить работу полицейского детектива?
— Мы решили, что постараемся собрать о докторе Шилдсе как можно больше информации. Надеялись, что нам удастся раздобыть сведения, которые позволят возбудить против него дело. Инициатива принадлежала Софи, а мы с Корди отправились туда в основном в качестве группы поддержки. Если бы нам удалось каким-то образом получить доступ к файлам его компьютера, то, вполне вероятно, мы нашли бы данные о других женщинах, чьи деньги присвоил Шилдс, и тогда…
— Вы знаете, что это незаконно?
— Знаю. В любом случае мы ничего такого не сделали. Это просто был план.
— Мне этот план не нравится, — протянул Алек. Его удивила честность девушки. — Он, мягко говоря, недоделанный.
— Честно сказать, я с вами согласна. Софи ужасно любит придумывать грандиозные планы, но частенько бывает небрежна в деталях. Она верит, что все как-нибудь получится… И самое странное знаете что? Как правило, все получается.
Риган обхватила себя за плечи и принялась мерить шагами комнату, пытаясь припомнить события того вечера как можно четче.
— Мы опоздали, — начала она. — Но так всегда бывает, если мы идем куда-нибудь с Софи. В общем, когда мы приехали, прием уже начался, и Шилдс вовсю вещал о новых возможностях и способностях, которые он готов подарить людям. Он эго-маньяк и, несомненно, мошенник. На меня его речи не произвели особого впечатления, но, судя по реакции людей в зале, многие готовы были видеть в нем чуть ли не пророка… По-моему, он недобрый человек, а потому дела его не могут быть благими… Ну а то упражнение со списком вообще показалось мне каким-то извращением.
— Так что там с телефоном? — напомнил Алек.
— Я помню, что не отключила звонок, хотя нам говорили об этом. И само собой он зазвонил как раз посреди очередной проповеди Шилдса. Я поспешила покинуть зал, потому что боялась, что один из телохранителей просто отберет у меня телефон.
— Там были телохранители?
— Ну да, двое.