Автор
Даша Васильева становится свидетельницей самоубийства молодой женщины. Когда милиция закрывает дело, любительница частного сыска решает разобраться в произошедшем. Её расследование приводит к раскрытию запутанной тайны, связанной с тёмными секретами провинциального городка и опасными...
Итак, Мила состояла в секте. А как же ее бесконечные связи с мужчинами? Как-то не вяжется подобное поведение с образом смиренной и целомудренной «путницы». Если Света и впрямь мать ребенка, то куда подевалась дочь Людмилы? Получается, что они родились в одно и то же время. Шабанова не изображала беременность, она на самом деле ждала прибавления. Мать несчастного Константина, Калерия Львовна, будучи женщиной подозрительной, прежде чем подписать в нотариальной конторе бумаги, потребовала, чтобы Людмила вместе с ней побывала у гинеколога. И, только убедившись, что мерзкая баба и впрямь в положении, отправилась к нотариусу."
"Я показала Марье Сергеевне фотографию, взятую у Людмилы, и Балабанова моментально признала свою правнучку. Зачем же хранить возле изголовья изображение чужой девочки? Напрашивался естественный вывод. Верочка на самом деле – дочь Людмилы, но почему она выдавала ее за правнучку Балабановой? И куда увезли сироту? Кто ее настоящий отец: Константин или Жора? Впрочем, это уже не имеет никакого значения, потому что оба погибли, да и Люда давно на том свете. Где же искать Верочку!
Перед глазами встала прямая, как спица, старуха. Провожая меня до двери, она вцепилась в мое плечо костлявой рукой и зашептала, вплотную приблизив лицо:
– Помоги, уж не знаю, как и просить, отыщи девчонку. Одна она у меня осталась, вся семья под корень извелась, не знаешь небось, каково в пустом доме жить.
Я молчала. Старуха лихорадочно блестела глазами.
– Слушай, денег больших нет, но те, что Милка на девочку давала, почти все целы, твои будут. А я и адресок подскажу, где искать.
– Ну и где?
– А в секте ихней поганой, у Николая. Только зачем ему девчонка?
Честно говоря, я этого тоже не понимала.
– Вы бы в милицию заявили…
– Ой, – отмахнулась Марья Сергеевна, – пустое, никто и пальцем не пошевелит. Вон у Горячкиных сын пропал, так менты даже заявление брать не хотели, морды воротили.
Я молчала.
– Людмила, видать, тебе доверяла, раз перед смертью мой адрес сказала, – вздохнула старуха, – так помоги…
– Давайте название.
– Какое? – удивилась бабка.
– Ну деревни… где секта находится.
– Не знаю, – растерялась Балабанова.
– Как же так, только что говорили, адресок подскажете.
– Так это в смысле того, что Верочка у сектантов, – залепетала Балабанова. – У них, проклятущих. Светочку сгубили, теперь за правнучку мою примутся.
И она тихо, безнадежно заплакала. Слезы горохом катились по морщинистому лицу и исчезали на шее.
