Мама уже привыкла знать, где я и что, но тут вдруг спросила по телефону: как дела в комнате, почему о своей соседке не заикаюсь. Раньше проскальзывало ее имя в разговоре.
— Меня в другую комнату перевели, а Леся сейчас живет отдельно.
— И как тебе на новом месте?
— Лучше, чем на прежнем, — правда вылезает из меня.
Мне не хочется маму обманывать, что я всё там же, с Лесей. Только и полностью признаваться, не рискую.
Вдруг все-таки случится чудо и найдутся доказательства, что я не воровка? Тогда получится, что временно врала. А это ведь огромная разница. Да вообще, чуть-чуть совсем, как капелька.
— Майя, я тут подумала..., — задумчиво тянет мама. — Может, мы на выходных к тебе приедем? Посмотрим на твою новую комнату, вдруг там чего-то не хватает. Так мы быстро порядок наведем, обои подклеим, пол покрасим.
Вот сейчас разница во вранье перестала быть огромной. С одного предложения мамы, загнала меня в кошмарный тупик. Из одной капельки лжи — целый океан собирался.
— Мама, я сильно хочу, но это… — представляю, куда родню вести, и дурно становится. — Пока не получится. Комендант временно запретила входить посторонним и даже родителям. Ректор из-за экзаменов так сказал сделать.
При чем тут одно к другому, лучше не спрашивать.
Спасаюсь, как могу. Ладно я, но родители точно в отель Сомовых не поверят.
— Хорошо, доченька. Тогда сфотографируй нам комнату. И только начнут пускать, мы приедем. Если до каникул не получится, тогда потом осенью. Все равно скоро встретимся.
Соглашаюсь на всё. Особенно на осень после каникул.
Мне бы решить только вопрос с общагой успеть. Иначе не знаю, куда меня родителям везти. Напоминание о последнем месяце перед каникулами, еще в одном напрягает. Раньше я была одна, но теперь-то нет…
Вот так с претензией мне в спину раздается.
Только с мамой вспоминали Лесю, и, о чудо, ко мне подошла.
— Слушаю тебя, — поворачиваюсь к ней, вдруг простила, мало ли. Тараканы у Леси разные бродят в башке, иногда побеждают те, что мирные.
— Думаешь, Гордей тебя надолго приютил? — по тону разговора понятно — тараканы у Леськи взбесились.
— Надолго я и сама не хочу.
— Так я тебе и поверила, — цокает презрительно. — Ты думаешь, что самая умная, всех перехитрила. Отхватила богатого парня. И я ведь замечала странности за тобой, но верила, наивная.
— Леся, ау! Ты только себе всегда веришь, так же, как и думаешь, только о себе, — раздражаюсь в ответ, надоело оправдываться.
— Не волнуйся, подумаю и о тебе.
