— Майя, если вдруг так случится, что ты узнаешь обо мне то, что тебе не понравится, то запомни самое главное. Мои чувства к тебе настоящие. По другой причине, я бы не признался.
Из всех слов я слышу только то, что Гордей назвал для меня главным… Остальное, просачивается мимо ушей, ведь мне впервые парень признался в любви. На моем для него свидании.
Во мне рвутся последние сомнения. Гордей выбрал меня, спас, потому… потому что, не только мое сердце с ним чаще стучит. Не только я чувствую то, что ни к кому никогда. Помнится, он на первом нашем свидании меня бесил своими разговорчиками, что надо проверить: «а вдруг я его судьба?»
Тогда я не верила. Затем сомневалась.
Но сейчас же, сейчас… таким невозможно шутить. Жестоко врать. Особенно тогда, когда так хочется в свою сказку поверить.
Брат-близнец меня пинает в бок локтем. А я его бью вешалкой.
— Гор, здесь и так тесно. Подвинься, — Евсей шипит на меня.
— Я первый занял шкаф Сосисочного парня. Тебя сюда не звал, — чувствую, если подвинусь, тогда вообще завалимся. Мы и так качаемся, как в лодочке.
— Зашибись, — ворчит он. — Под кроватью места мало, а здесь невыносимо дышать. — Приоткрывает дверцу и высовывает нос.
— В твоем шкафу намного хуже. Навалено всё как попало. Хоть бы убрал…
— Чего? Ты был в моем шкафу?
Завелся, завелся. Нашел время для разборок.
— Тихо. Ушастый подходит, — шепчу и, на автомате, тыкаю вешалку с рубашкой в протянутую руку.
— Ааааа!!! Спасите! Помогите!
Ушастый хотел не рубашку.
Зачем-то же полез он в свой шкаф.
Помогаю захлопнуть ему рот, иначе вся общага сбежится на крик.
— Воды ему дай. Снова откачивать надо.
В прошлый мой прилет, чудик сильно разволновался, что я его комнату фоткаю. Не поверил, что мне приглянулся обшарпанный дизайн.
— Теперь вы вдвоем? Что я вам сделал плохого? — однокурсник Майи переводит взгляд туда-сюда на нас.
— Ты же нас сам приглашал! — напоминает ему Евсей.
— Точно! В столовке говорил, что комнату отдашь. Так мы решили присмотреться перед переездом.
Начинаем для вида рассматривать комнату. Евсей требует вместо книжного шкафа, поставить огромную плазму. Мне кровать не нравится. Хочу выкинуть стол и на всю комнату поместить свое ложе.
— Сомовы, вы издеваетесь?
Не очень-то гостеприимно к нам относятся.
— С чего вдруг? — переспрашиваю я.
— Да, что тебе не так, чувак? — Евсей отзывается с хрустом.
Просил же не трогать еду. Но брат уже раздобыл печенье и с холодильника тянет сосиску.
Я тоже голодный вообще-то.
