Знать бы еще, сколько ее акция покорности продлится?
Вдруг злючка участвует в челлендже: целый день говорить на всё «Да»? А завтра отомстит мне по полной программе.
В общем, отбрасываю временно мысли, когда мы садимся и прижимаемся плечо к плечу. Мне хочется за ней все время наблюдать, а еще дразнить и когда-нибудь выяснить, какая же Майя настоящая. Но только запутываюсь каждую встречу.
В одном лишь ничего не меняется. Долбануть хорошенько Сосисочного парня, чтобы не путался под ногами. Ушастый нарывается и скоро получит.
Мясорубка начинает подниматься сначала медленно. Я смотрю не вниз или в небо, а на то, как развиваются темные волосы Майи. Если ей так понравился мой выбор, чего тогда стонет и умирать собирается? Ну как эту девчонку понять?
— Держи меня крепко за руку и не бойся.
— Спаси-и-ибо за такую честь, — уже натянуто улыбаясь, она цедит сквозь зубы.
Аттракцион разгоняется и теперь мне известно, как Майя умеет визжать. Соседние улицы за парком тоже, наверное, слышали.
Ну я в порядке, ржу. У Майи волосы дыбом, глаза квадратные, зубы стучат. Под впечатлением девушка. Закидываю ее на плечо и выношу до тротуара.
— Тебе точно нравятся экстрим аттракционы? Ты ни с чем не перепутала, когда соглашалась на это? — уточняю, пытаясь разобраться, куда нам двигаться дальше.
— Д-да, что нравится тебе, то и мне. Это я там от счастья визжала, что мы рядом сидим.
Ничего себе. Она мне руку чуть не оторвала.
— Тогда дальше делаем, что я скажу?
Подкидываю новую проверку.
— Все что пожелаешь, милый лягушонок. С тобой на всё согласная! Только бы с тобой, — и хлопает ресничками трогательно.
Во мне раздвоение началось.
Мозг предупреждает — не ведись на сладкую приманку. Девчонка хитрожареная опять что-то задумала. Клюнешь, голову откусит.
А там, внизу, становится тесно в ширинке. Младший Сомов реагирует на недотрогу, согласную на всё. Просит не откладывать, воспользоваться акцией. Пока дают, скорее брать ее.
Мимо нас проносят подставку с сахарной ватой. Замечаю, что Майя скривилась при виде сладющих шаров.
— Подождите, — зову продавца, — Нам самую большую вату дайте. Майя, ты ведь хочет сладкого? Мне нравится смотреть, как девушки это едят.
На самом деле, мне пофиг, как сладкую вату едят.
Себе-то я возьму попкорн.
— Больше меня никто не любит… — она бросает ненавистный взгляд на вату, — Лучшую на свете вкусняшку. Но даже она не вкуснее тебя, динозаврик.
Продавец отдает ей палку с пушистым облаком сверху. Майя выбрала розовую и сказала, что напоминает меня, прямо вылитый я. Да еще и к продавцу пристала, чтобы подтвердил.
В любой другой ситуации наше свидание могло стать последним. Как максимум, закончиться в постели, но на один раз. Сейчас особенно Майя напоминала свою липучую подружку.