Автор
Влада с трудом пробирается через толпу приближающегося утреннего метро, глядя мимо нее в окна, где люди сосредоточенно изучают свои телефоны. Тетя папка за папкой, забыв даже о репетиции, но это не отменяет необходимость быть на связи с отделом бухгалтерии. Внутренняя суета конца года подтачивает усталости Влады, и она решительно выбирается в такси, зная, что пешком до места придется пробежаться как минимум 20 минут....
От Руслана несколько пропущенных звонков и сообщение.
«Влада, что происходит? Я еду к тебе!»
Голос заплаканный, но я все–таки решаю позвонить, так будет быстрее.
– Влада? – встревоженно.
– Руслан, я уснула, извини...
– Что с голосом?
– Только проснулась. Руслан, давай увидимся завтра? – не хочу, чтобы он видел меня такую.
– Я почти подъехал. Не надо спускаться, я поднимусь к вам...
– Я спущусь, – вылетает раньше, чем успеваю подумать. Просто я боюсь представить, то он станет свидетелем неприятной сцены, если неожиданно вернется любовница отца.
– Хорошо, жду тебя внизу...
Глава 31
Влада
Не знаю, сколько времени меня внизу ждал Руслан. Я не спешила, он не торопил. Состояние такое, что из-за любой мелочи могу расплакаться. Щека опухла, я почти десять минут продержала на ней пакет замороженных овощей, но лучше не стало. Это нужно было делать сразу.
Тональник и пудра не справились с маскировкой. Глаза, опухшие и покрасневшие от слез даже не стала красить. Лифт оказался занят или сломан, спускалась я пешком.
Руслан стоял у машины, присев на край капота. Не обращая внимания на падающий снег, он смотрел на подъезд, как я из него выхожу.
Заметив, что он остановил машину прямо под фонарем, а застыла. Арданов видит, что я не двигаюсь, срывается с места, идет мне на встречу. Пряча щеку в вороте пальто, отхожу в темный угол.
– Влада? – как только останавливается напротив, смотрит внимательно, а я делаю шаг к нему, прячусь в распахнутые полы куртки.
Перед глазами встает картина вчерашней ночи, на глаза набегают слезы. Валя растоптала своим скандалом мои прекрасные воспоминания...
– Руслан, я на минуту спустилась. Мне нужно вернуться домой, – очень стараюсь говорить ровно, но голос дрожит.
– У вас дома что–то случилось? – зная Арданова это не праздный интерес, он готов решать любые возникшие проблемы, но я не хочу впутывать в семейные дела.
– Нет, все в порядке, – в его объятиях хорошо и спокойно, но дома остался папа, боюсь, что ему может стать плохо.
– Руслан, я пойду, – он не удерживает, я легко высвобождаюсь из его объятий. Прячу щеку в вороте пальто. На кончиках ресниц дрожат невысохшие слезы. Не нужно, чтобы он увидел.
– Что с лицом? — тихим вкрадчивым тоном, от которого в жилах холодеет кровь.
