Ты готова?
— Ой, — закатывает глаза Шевченко, — меня уже тошнит от этих дифференциалов. Чтоб они провалились!
— Полностью с тобой согласна, — жалобно выдохнула я, втайне радуясь, что подруга соскочила с щекотливой темы моей новой ветровки, а затем подхватила Дину под руку, и мы вместе двинули на урок. А там уж обе и с честью, сдали тест и выдохнули.
Вот только с приподнятым настроением мне пришлось ходить недолго. Всего-то ещё два урока, после которых наступила большая перемена и нестройный поток учащихся двинулся в столовую для перекуса. Я, как обычно, уселась за свой одинокий столик на отшибе и принялась флегматично жевать салатный лист, но, уже буквально через минуты три вздрогнула от громкого окрика.
— Ника!
— Дина? А ты чего тут? Ты же обедаешь дома, — вскинула я удивлённо брови и отложила приборы в сторону, замечая взволнованный вид подруги, испарину на лбу и добела стиснутые костяшки пальцев.
— Да, в общем..., — замялась Шевченко и нервно оглянулась по сторонам, — тут такое дело?
— Какое? — и мне передалось её разнузданное состояние."
"— Тебя там директриса зовёт. Говорит, что дело чрезвычайной важности, — заикаясь и бледнея, выдала девушка и в момент стихла, упираясь взглядом в собственные туфли, но, тем не менее указывая мне на выход.
— Оу...
— Быстрее, Ника. Быстрее...
И я подчинилась. Побежала вон из столовой, бросая лишь беглый взгляд на Басова, что с самого моего появления в помещении въедливо сканировал меня своими шоколадными зенками. И Аммо, что как полоумный всё это время улыбался, сложив руки на груди.
Ай, не до них сейчас!
И ноги понесли меня. По длинному переходу между корпусами, на лестницу и дальше на второй этаж, где располагались административные кабинеты. А там уж короткий стук в дверь, и я вхожу в приёмную, где секретарь директора и его зама что-то с упоением смотрит на компьютере и вычищает от еды контейнер.
Ой, по запаху рыба...
— Здрасьте, — подхожу ближе, стараясь не дышать.
— Чего тебе? — недовольно поднимает на меня глаза девушка.
— Меня директриса вызвала.
— Ты опоздала. Она ушла на обед. Приходи позже, — отмахнулась и красноречиво указала мне на дверь, а там уж я только недоумённо пожала плечами и вернулась в столовую.
Где села за свой столик.
Взяла в руку ложку и принялась хлебать почти уже остывший чечевичный суп. Сегодня он был странным на вкус, немного пересоленный и приторный, оседающий на языке неприятной горечью. Но я съела его весь, а потом отодвинула от себя тарелку и откинулась на спинку стула, совершенно неожиданно выхватывая резкий, болезненный спазм в животе.
На несколько минут всё успокоилось, но по телу прокатилась волна неприятных, липких мурашек. Они словно слизни ползли по моей спине, медленно волоча за собой склизкий след от поясницы до затылка.