Автор
Сейчас или никогда... она перевела дыхание и потянулась к окну. Распахнула его настежь, забралась на подоконник и, не раздумывая, прыгнула вниз. Как и предполагалось – неуклюже, но все же сумела допрыгнуть до сугроба. Взбодренная победой, она стала пробираться к выходу, ощущая радость от своей изобретательности в неловкой ситуации....
Теперь Миша находится позади меня.
– А почему я первая?
– Потому что у меня нет колготок, просто Мария. Я – сразу в штаны. Не хочу так позориться.
– Хочешь я свои сниму, и ты их наденешь?
– Иди уже давай.
– Ну давай уйдем, пожалуйста.
– Шестьсот рублей уплачено. С ума сошла? – наигранно возмущается Медведев, подталкивая меня.
– Я тебе их верну.
– Ты еще ни рубля не заработала. Вернет она.
– А, кстати, когда я получу деньги за свой труд?
– Когда пройдешь лабиринт. Маш, иди уже.
– Давай вместе, в смысле синхронно за руку?
– Проход маленький, не видишь, что ли? Не поместимся.
Несмотря на темноту, общие очертания «лабиринта» видны благодаря мигающему изредка свету. И здесь действительно очень узкие проходы. Такая махина как Медведев с трудом один пролезет, не говоря уже о том, чтобы за ручку со мной.
Аккуратно ступаю вперед под завывающие загробные звуки. Запах здесь не слишком приятный. Да и какие-то свисающие сальные тряпки с потолка дико раздражают, а не пугают.
На повороте ожидала чего-то реально страшного. Сердце забилось так, словно сейчас выпрыгнет. Резко свернула, выставив руку вперед, и наткнулась на какое-то качающееся чудище из шкафа. Ерунда какая-то. И это страшно? В чем же подвох?
Только я об этом подумала на очередном повороте, как меня коснулось нечто сверху. Вскрикнула, но тут же успокоилась, поняв, что это всего лишь скелетная «рука».
– То есть тут такая ерунда будет до конца? Ты за что шестьсот рублей заплатил, Миша?
– Тысячу двести на двоих, – насмешливо произносит позади Медведев.
– Лучше бы шаверму и сахарную вату купили.
– Вот с твоей первой зарплаты и купишь.
Только я пожаловалась на «не страшно», как колготки приготовились к первой порции «продуктов страха». Перед нами прошмыгнуло какое-то живое не бутафорское чудище и громко стукнуло какой-то веревкой или ремнем по стене.
– Ужас.
Еле перевожу дыхание, остановившись перед очередной неизведанной комнатой. Бесит, что я отчетливо слышу, как смеется Миша. Почему он не испугался, пугающего нас совершенного точно живого человека, одетого не пойти во что, а я чуть не наделала в штаны?
– Может, теперь ты пойдешь первым?
– Ни в коем случае. Дамы вперед.
