Спору нет! — читать онлайн бесплатно полностью

– Интересная трактовка, – хмыкнул журналист и снова осведомился: – А кто все-таки ваша муза?

– Мать моего сына, – совершенно серьезно заметил Ломакин.

– Какой ужас! – нарочито громко взвыл Цесаркин, падая на подушки. – С ума сойти, я женился на музе Гоши Казимирского!

Нина попыталась ущипнуть мужа за живот, но он не позволил, навалившись на нее сверху.

– Я люблю тебя, – пробормотал Цесаркин. – Пусть Ломакин кусает локти, что потерял свою музу. А я просто счастлив, что успел заполучить тебя в жены.

– Я тоже тебя люблю, – прошептала Нина.

Где-то вдалеке зазвонил скайп, прерывая ее признания. Денис чертыхнулся и, подскочив, принялся искать планшет.

– Вы уже спите? – наивно осведомилась теща, увидев Нину в постели.

– Рано встали, – смущаясь, пробормотала она, мысленно отмечая, что халат вроде плотно запахнут.

– С днем рождения, Нунечка, – закричали по ту сторону экрана мама, папа, Ромка, Грегуар Гарш и Матильда.

Нина, тяжело сглотнув ком в горле, чуть не расплакалась от избытка чувств. От благодарности и любви к родителям, от вселенской любви к сыну и от дикой привязанности к старым друзьям семьи.

– Спасибо, спасибо, – бормотала она, улыбаясь сквозь слезы своим близким и искренне жалея, что не может их обнять.

– А где Катерина? – строго поинтересовался Цесаркин, оглядывая разношерстную компанию, собравшуюся в Тарнаусе.

– Твоя дочь, – хмыкнул тесть, – опять оккупировала мою мастерскую, играет там в куклы.

– Одна? – напрягся Цесаркин.

– Нет, – замахал руками Ромка. – С ней Фиби и Герда. Я недавно заглядывал.

– У меня есть тост! – провозгласила Варвара, когда сеанс связи с Венецией закончился.

– Сейчас еще принесу коньяк, – заверил Александр Петрович и вышел из комнаты.

– Сам ходит, – прошептала Варвара.

– Операции помогли, – пробормотала Марина, Нинина мать.

– А еще квартиру от Крутоярова не хотел принимать. Видишь, все на пользу пошло!

– Человек чести, – тихо заметила Марина. – Не желал с Шельмой связываться.

Александр Петрович зашел в мастерскую и с улыбкой замер на месте. На широком диване, застеленном стеганым покрывалом, в окружении игрушек спала Катя, его четырехлетняя внучка.