Он приземлился в Москве вечером среды. Увидев знакомого водителя и давнего друга Эдгара Вейдеманиса, Дронго понял, что они чем-то схожи — как два льва в плену одного невероятного мира. После распада СССР бывший советский разведчик чувствовал себя чужим на земле.
Скажем, с двух до трех.
– Конечно. Если это вам нужно.
– Попросите у него разрешения. И встретимся в кафе, через улицу. Идете до конца квартала и сворачиваете сразу направо. Потом еще раз направо. Там будет кафе, где я вас буду ждать.
– Знаю, – ответила Регина, – я здесь недалеко живу. Значит, до встречи. В два часа я постараюсь успеть.
Он посмотрел на часы. Затем позвонил по прямому телефону Суровцеву:
– Добрый день, Матвей Константинович.
– Здравствуйте, кто говорит?
– Меня обычно называют Дронго.
– Я слышал, – спокойно подтвердил Суровцев, – говорят, что вы лучший эксперт по проблемам преступности.
– Это только слухи. Мы можем увидеться?
– Конечно. Только не в нашем офисе. Я не хочу, чтобы о вас знали мои сотрудники. Вы меня понимаете?
– Где и когда?
– Назовите любое место.
– В таком случае сделаем так. У вас под офисом находится гараж вашей компании. Я буду ждать вас там на выходе из гаража. Как только выезжаете, сразу резко сверните налево в переулок. Там я сяду в вашу машину.
– Вы знаете, какая у меня машина? – удивился Суровцев.
– Это нетрудно узнать, но будет лучше, если вы мне сами скажете.
– «Мерседес» «триста двадцатый». Стального цвета. Запишите номер…
– Я его лучше запомню, – усмехнулся Дронго, – значит, ровно в одиннадцать. До свидания.
Он снова отключил свой телефон. Это был уже другой номер. Его брали в Ростове. Таким образом, невозможно было вычислить, кто и когда звонил сотрудникам компании."
"В половине одиннадцатого он был уже на нужном месте.
В пять минут двенадцатого автомобиль Суровцева выехал из гаража и сразу свернул в переулок. Через минуту он был уже на месте.
– Вот вы какой, – сказал он, осматривая Дронго, – я думал, что вы немного другой.
– В каком смысле? – усмехнулся Дронго.
