Лиля все тем же ножом разрезала штаны до бедра. М-да. Открытый перелом. Кость торчит через кожу…. Тут резать надо. Вправлять и лубки накладывать. Пока пострадавший без сознания.
— Горячей воды. Крепкое вино. Нитки и иголки! Живо!!!
Лейф, подтверждая приказ графини, рявкнул так, что дрогнуло пламя масляных ламп.
— И открыть окна. Мне нужно много света!
Лейф, подтверждая приказ графини, рявкнул так, что дрогнуло пламя масляных ламп.
— И открыть окна. Мне нужно много света! Найти две небольшие дощечки и что-то вроде бинтов!
Лиля склонилась над бесчувственным телом.
Хорошо, что пока бесчувственным. Наркоз-то тут пока не… разве что Лейфа попросить — с быком у него хорошо получилось. Один удар — и полный наркоз.
Мужчина. Лет шестидесяти, то есть по-местному ему 40–50. Стареют здесь быстрее. Какой-то восточной внешности. Черная окладистая борода, смуглая желтоватая кожа, одежда…
— Ханган, — вынес вердикт кто-то за ее плечом.
Ну да, Варийский Ханганат. Читала же!
Одежда своеобразная. Широкие штаны, рубаха из тонкой ткани, богато расшитая цветными нитками, сверху — дорогой толстый халат. Красиво.
Было красиво, пока не повалялось в пыли и не повстречалось с быком.
— Ага. Что вы с ним делать будете, госпожа?
— Лечить, — ответила Лиля, избавляя ногу от остатков ткани.
— Зря вы это госпожа, затеяли.
— Что — зря?! — Лиля сверкнула глазами на слишком умного вирманина.
— Лечите его зря, ваше сиятельство, — пояснил, подходя к ним, вирманин постарше.
— Ну он же хромым на всю жизнь останется, а у ханганов обычай — испытавший телесный ущерб изгоняется из дома и лишается всего своего имущества… вы его спасете, чтобы он нищенствовал…
Лиля язвительно фыркнула.
— Э, нет. Хромать он точно не будет. Если мне обеспечат все необходимое… а вот и…
Первыми принесли нитки и иголки. Лиля закатила глаза — и полезла под подол.
— Отвернитесь, умники!
Вирмане опомнились первыми и загородили графиню, которая, сопя, отодрала клок от своей нижней юбки.
Шёлковая — и чистая. Сейчас ниток надергаем, в вине прополощем…
Посмотрела на свет вино… дорогое, белое… компотик. Градусов десять.
— А чего покрепче тут не гонят?
— Давайте выморозки.
Второй прибыла горячая вода. И Лиля, осторожно, еще одним куском нижней юбки принялась отчищать операционное поле.
Для начала — осмотреть ногу.
Надо пальпировать, сложить обломки кости правильно, хорошо хоть место такое, удобное, не было бы обломков… скотина рогатая… чтоб его на колбасу пустили без наркоза…
Ну хоть перелом поперечный чистенький такой, как на картинке в учебнике, сама она такого не делала, только ассистировала. Но в травме пахала не за страх, а за совесть. Зимой там и не такого насмотреться можно было.