Тахира, Джейми, Миранду, Ингрид, когда та присоединялась к ним — зима была на носу и требовалось заготовить по максимуму рыбы в последние дни. Так что и Ингрид, и Лейф дневали и ночевали в коптильне. Солеварня работала на полную мощность. Но Лиля уже не боялась голода зимой.
До весны они должны дожить. Даже когда реку скует льдом.
Интересно, а изобретены здесь лыжи?
Хотя для последних нужна сталь? Или сойдет что-то вроде той, из которой мечи куют?
Кстати — валенки? Дубленки? Ушанки? Шубки-автоледи? С местной модой это вполне реально — и попу не отморозишь, с таким-то слоем юбок!
Идей было много. Но Лиля собирала себя в кучку грандиозным усилием воли.
Ко двору ей ехать весной, так что произвести впечатление зимними обновками не удастся. Сосредоточимся на важном.
В дверь постучали. И Лиля улыбнулась шевалье Авельсу.
— Лэйр Лонс, проходите. Время занятия?
— Да, госпожа графиня.
— Что же у нас сегодня?
— Сегодня — танцы, госпожа графиня. Все уже ждут вас в малом бальном зале…
Все — полтора десятка детей.
Танцевать в детском саду — то еще удовольствие. Но — надо.
И… дети бывают удивительно забавны, когда подражают взрослым.
Анелия собиралась ложиться спать, когда дверь приоткрылась.
Королевский шут скользнул внутрь так тихо, словно шел по воздуху. Женщина в ужасе замерла.
Альтрес Лорт поднял руку.
— Сиди спокойно. И слушай. Ты сделала все правильно. В сегодняшнем провале твоей вины нет.
Анелия облегченно перевела дух.
— Однако… принц ранен.
— И ты должна за ним ухаживать.
— Он спас тебя от хищной кошки, закрыл собой…. ты просто обязана проводить у него несколько часов. Ты поняла?
— Я буду… обязательно…
— А если не будешь — я буду очень рассержен.
— Завтра и начнешь. И не вздумай кривиться или нос морщить. Узнаю — пожалеешь.
— Завтра, после утренней молитвы, идешь к Ричарду, осведомляешься о здоровье и напрашиваешься за ним ухаживать. Поняла?
Кивание продолжилось.
Альтрес посмотрел на нее тоскливым взглядом, развернулся и вышел.
Анелия несколько минут сидела неподвижно. А потом подхватила одеяло с кровати и плотно закуталась в него.
Девушку пробирала дрожь. Но согреться ей так и не удалось.
Страх — его одеялом не выгонишь…
Джес сидел у постели кузена.
Рик был бледен, его колотило, несмотря на несколько одеял, но глаза были холодными и ясными.
— Джес, мне эта кошка жизнь спасла…
— Глядя на твои царапины…
— Если бы не она — мне точно пришлось бы делать предложение Анелии.
— А ты не хочешь? Она не уродина, вроде не совсем дура, да и Гардвейг, кажется, не против.
— Не хочу. Если есть выбор — надо посмотреть на все варианты.
— Анелия — не худший выбор. Но раз уж отец мне его предоставил — обидно было бы упустить его из-за невезения,…. значит так, с этого момента — ты от меня ни на шаг.