И теперь можно было носить нормальные трусики, а не панталоны до колен.
Трусики — потом. Сейчас — барон.
И женщина спустилась вниз. Медленно, спокойно, со свитой за спиной — пастер и шевалье едва шаг не печатали. Успели как-то подружиться.
Бароненок ждал в зале. При виде входящей Лилиан он вскочил, раскланялся и рассыпался в приветствиях.
Лиля машинально отвечала такими же пустыми любезностями, поддакивал Лонс, а женщина размышляла — что привело сюда барона?
Клива Донтера в Иртон привела банальная алчность. После того, как он успокоился насчет работорговцев.
Посланные в Альтвер ребята вернулись ни с чем. Достать королевского представителя было нереально. Зато они разнюхали, что в схватке полегло достаточно много пиратов. И один из капитанов. Как раз тот, с которым вел дела барон.
Послу чего Клив вздохнул спокойно.
Он же не дурак, чтобы все знали о таком промысле?
Нет, конечно. Крестьяне отбирались заранее, держались в темницах замка, а потом сдавались с рук на руки самому капитану. Никто другой при этом процессе не присутствовал. Матросы даже не знали, с кем он торгует.
Так что за себя Клив был спокоен.
Беспокоило его кое-что другое. А именно — вещи, присланные Торию Авермалю. Сколько стоит ручное кружево, тем более — такое, барон примерно представлял. Всю поверхность золотом выложи — и то мало будет.
И как в Иртоне научились его плести?
Ранее барона не слишком интересовал Иртон. Что умного может придумать женщина?
А когда Клив увидел стекло в окнах замка, ему чуть дурно не стало.
Это же стоит безумных денег! Тем более его информатор рассказывал о цветном стекле, о зеркалах из стекла… Клив особенно не поверил. Сначала. Но теперь…
Теперь барон планировал как-то или договориться с графиней, или… что дальше — он не предполагал. Ибо видел вирман. И знал, сколько их.
Ругаться с Лилиан Иртон при таком раскладе было невыгодно. Вирмане — звери. Голову отрубят, и доказывай потом Альдонаю, что ничего плохого не хотел. И с Вирмы их потом не достанешь. Никак.
— Достопочтенный Донтер, я рада вас видеть.
Барон вскочил из кресла и раскланялся. Лилиан Иртон была очаровательна. Высокая, с пышными формами, в белом и зеленом — она улыбалась, толстая коса была перекинута на спину, в ушках сияли изумруды бешеной стоимости, отблескивал драгоценными камнями брачный браслет.
Барон невольно подумал, что дама весьма богата. И хорошо бы… нет! Об этом — потом!
На расшаркивания и раскланивания ушло не меньше пятнадцати минут. Но наконец барон заговорил о деле.
— Ваше сиятельство, ко мне приехали друзья на охоту. И может случиться так, что в горячке погони мы окажемся на вашей земле…
Лиля пожала плечами.
— Вы не будете возражать…
Лонс, вставший так, чтобы барон его не видел, едва заметно отрицательно качнул головой.