Похоже, черный ход для прислуги, чтобы каждый раз ворота не отпирать.
Руководство операцией по согласованию, отдали Лейфу. Вызванный с моря, тот был тихо счастлив. Солеварня ему поднадоела, но, как он объяснил Эрику, для них это — золотое дно. Вокруг Вирмы — сплошное море. Если из него получать соль… да, в Ативерне это умеют. А есть куча мест, где не умеют. Да и на Вирме пригодится — не везти ж невесть откуда? Еще не хватало!
Лейф серьезно задумывался о повышении своего материального благосостояния. Даже если и не знал таких слов. Зато у него была Ингрид. А ради нее воин готов был даже коз пасти.
Не жгли факелы, не разговаривали… они молча проскальзывали в калитку. Не блестели закрытые темными плащами кольчуги, не звенело придерживаемое оружие…
Внутри замок был… весьма невелик. Скорее одна башня с пристройками. И стена вокруг нее. Стену они преодолели — и принялись разбегаться.
Лейф командовал выразительными жестами: в конюшню, на псарню, в тот сарай, в этот…
Хотя сама операция заняла минут двадцать. Вирмане просто зашли в замок.
Как и сказал один из нечаянно оставшихся в живых баронских прихлебателей, стоило барону уехать надолго — и челядь начинала отрываться. Вино, бабы, еда с господского стола…
И ему имело смысл верить. После увиденной расправы над бароном ему и в голову не приходило лгать или молчать. Хотя жизнь ему все равно не оставили. Ну да легкая смерть — это тоже много.
Перерезать баронскую дружину?
Вот тут Лейф и Эрик сходились во мнениях.
Потому как три десятка человек, лишенные командования, будут представлять угрозу. Работать они не будут, значит, разворуют баронское имущество. И будут гулять, пока вино не кончится. А потом пойдут за добычей в Иртон. Потому как больше некуда.
Графиня бы не одобрила, но ей никто ничего и не скажет. Так получилось.
Погибли при штурме. Защищались. Железками в ваших солдат тыкали.
И Лейф, и Эрик признавали приказы Лилиан Иртон, но считали, что воевать должны мужчины. Работа у них такая.
Конечно, без шума и жертв не обошлось. Как среди местных, так и у вирман.
Далеко не все гуляли и пили, кое-кто успел схватиться за меч. Началась драка, жестокая и беспощадная. Скорее даже резня. Вирмане убивали. Молча и жестоко.
И итог был в их пользу.
Тридцать солдат противника — и четверо своих. Трое погибли в бою, четвертого прикончил какой-то особо умный слуга, выплеснув чуть ли не котел кипятка с огня. Слугу прикончили, но воина было не спасти. Так что ему оказали последнюю милость — добили без мучений.