Шел, осторожно прислушиваясь и внимательно, оглядываясь по сторонам. Наступив на острый сучок сухой ветки, чуть не вскрикнул и чертыхнулся на себя за невнимательность. Небо совсем очистилось от облаков и вызвездилось до самого горизонта. Яркая луна хорошо освещала все вокруг. Искать сапоги долго не пришлось: связка валялась у самой насыпи. Тщательно обтерев травой исколотые ноги, Савелий намотал портянки и с удовольствием натянул сапоги, прозванные зеками «говнодавами». Потопав для верности, сунул другую пару под мышку и медленно побрел по шпалам в сторону моста…
С тревожным нетерпением вглядывался Угрюмый в полумрак, ожидая Савелия. По его подсчетам, тот должен был уже вернуться.
— Неужели сбросил? — проговорил он вслух. — Нет, не должен… Верно, сапоги куда-то завалились, вот и ищет их…
Резко повернувшись на какой-то шорох. Угрюмый застонал от боли, потревожив рану, и едва не потерял сознание. Полного полежавшие шевелясь, чтобы боль успокоилась, снова принялся сам себя уговаривать: «Парень-то вроде не из тех, чтобы бросить… да и спас уже дважды… Отделаться мог к в воде, спокойно мог, а не стал. А ведь и сам чуть ко дну не пошел… Молодец, что по морде дал! Тяжелая у него рука. — Он снова поморщился, поглаживая щеку. — Да нет, не такой! Не то что Тихоня! Тот даже и раздумывать бы не стал: вмиг избавился бы, а тон сам пришил, для „верочки“, чтобы не выжил и не навел на след…»
Угрюмый вдруг вспомнил, как Тихоня впервые сказал о Бешеном…
— Слушай, Угрюмый, дело одно есть… — Он прищурился и поглядел прямо в глаза Угрюмого. — Надо одного парнищу успокоить перед уходом…
— Что-то вроде того… — Он усмехнулся.
— Чего темнишь? Говори!
— Ты о Бешеном слышал?
— Которой Аршина помял…
— Ну… А мы-то при чем здесь?
— При том! Поручение есть: наследил он много… людей деловых подвел…
— Ты что-то очень много рассуждать стал! — обозлился Тихоня. — Когда в столице тебя от ментов спасали, не разбирался, то да почему: жил спокойно, пил, жрал да баб трахал! Не так, что ли? С тебя же монеты не требовали за это?
— Нужно, расплачусь, в должниках не останусь! — на этот раз разозлился Угрюмый.
— Вот и молодец! Я был уверен, что ты не подведешь! Денег с тебя никто не требует, даже наоборот, тебе приплатят!
— Так это Воланду нужно? — воскликнул Угрюмый.
— Да тише ты, поубавь громкость, если голову хочешь продолжать носить!.. Короче, я узнал, что он почти все время на промке околачивается! И отлично, на руку нам! Узнай, где он пашет, и… минут за двадцать до прибытия вагонов вызови на воздух!..
Угрюмый сразу решил, что сделает все, чтобы парень остался жив.