Молчал так долго, что полковник начал нетерпеливо поглядывать на часы.
— Нет-нет, что ты! — сразу возразил он. — Есть одно дело, но не спешное, подождет!
— Вот именно. Насколько точно все это?
— Сколько лет Браконьеру?
— Возраст спрашиваю, а не срок!
— Шестьдесят семь… А что?
— По-моему, пожил свое… — Владимир Андреевич посмотрел на полковника в упор. — Как думаешь?
— Ты можешь гарантировать, что он еще кому-нибудь не нарисует эту карту? — Он зло прищурился.
— Нет, конечно… — вздохнул полковник. — Попробую…
— Пробовать жену свою будешь! Понял?
— Хорошо, все будет в норме!.. Адвокатша в розыске… — осторожно проговорил он.
— А что это ты разволновался? Успокойся, ее-то не найдут! — ухмыльнулся Владимир Андреевич. — Всех ее клиентов проработали?
— Всех, кто был записан книге приемов и кого удалось восстановить… ничего существенного… Все, кто проходил по делу Говоркова, взяты, находятся под следствием…
— За них-то я не переживаю… — задумчиво проговорил он. — Разве только за Бриджит… Учти, она тоже на твоей совести… Ты живешь, пока я живу, помни об этом!
— Разумеется… — поспешно согласился полковник.
— Говоркова я возьму на себя… — Владимир Андреевич задумчиво посмотрел еще раз на карту и сунул ее в карман.
— А что ты так «заботишься» о нем? Он же вроде молчит.
— Молчит? Я эту породу знаю… Сегодня молчит, а завтра — заговорит! Его дружок перед смертью угрожать мне стал!.. А если он успел трекнуть своему приятелю? Береженого и Бог бережет! Я не могу рисковать! А ты и подавно! Понял? — с угрозой, но ехидно улыбаясь проговорил Владимир Андреевич. — Или, может, я сгущаю?
— Если судить по адвокатше, у которой я нашел в записях твою фамилию, то… Все-таки у тебя дьявольская интуиция, Володя.
— Интуиция и расчет! Я у советских органов учился: то не с нами, тот против нас!. — Довольный, он рассмеялся…
РАЗБОГАТЕЕШЬ — ОТДАШЬ
Варя оказалась права: Савелий действительно начал быстро поправляться. Вскоре она освободила от бинтов грудь — дышать ему сразу стало легче. Савелий решил, что пора потихоньку восстанавливать ослабшие от болезни мышцы. Постепенно, увеличивая нагрузку, стал сгибать в разгибать ноги в коленях, поднимать ноги, нагружая и мышцы пресса. Когда Вари не было в комнате, он качал и качал ноги до тех пор, пока все тело не покрывалось потом. Однажды, пока Варя занималась хозяйством во дворе, он попробовал встать с кровати. Поставил перед собой цель дойти до трюмо, которое находилось в пяти шагах. Уж очень хотелось взглянуть на себя в зеркало и узнать, во что он превратился.
Осторожно спустив нагие кровати, Савелий, напрягая все силы, сел. Это, казалось бы, простое дело, отняло у него много времени.