Каждый удар придавал ему новые силы…
Пот струился по лицу, шее, стекал по спине, но Савелий не замечал ни пота, ни вздувшихся от непривычки пузырей на ладонях… Он рубил и рубил, рубил и рубил… Дважды приближалась к нему Варя, не решаясь окликнуть… Постояв минуту-другую, так же незаметно удалялась прочь… Однако не выдержала: в третий раз подошла и тихо проговорила:
— Тебе рано столько работать… Я воды согрела, идем, солью. Тяжело дыша, Савелий вогнал топор в колоду.
— Пойдем! — повторила Варя и положила ему руку на плечо.
От этого прикосновения Савелий мгновенно ссутулился, будто на него опустился тяжелый груз. Постоял немного, выпрямился и медленно повернулся к ней. Повернулся, чтобы бросить ей в лицо что-нибудь грубое, непоправимое, но наткнулся на такой чистый и нежный взгляд, что запнулся и ничего не смог сказать.
— Ты что же, бороду репам отпустить? — неожиданно спросила Варя и заразительно рассмеялась.
— А что, не надо? — растерялся он.
— Пока не знаю. — Варя прищурилась, пытаясь представить его с бородой, и пожала плечами. — Может, и ничего будет… А хочешь, я тебя подстригу?..
— Хочу, — ответил он и улыбнулся. — А мытье как же?
— А мокрые волосы даже лучше подстригать. Савелий вынес из дома ведро с теплой водой, поставил на крыльцо, оголился по пояс и начал обмывать потное тело, пофыркивая от удовольствия.
— Наклонись ниже! — скомандовала Варя и решительно стала намыливать его широкую спину. Потом опрокинула остатки воды на него и протянула мохнатое полотенце. Наблюдая, как Савелий растирается, она вдруг спросила:
— Спортом занимался?
— Не столько спорт, сколько армия и флот! — Он рассмеялся. — Надо же — в рифму… — Шутливо поиграв бицепсами, он взял рубашку.
— Иди за мной!.. — бросила Варя. Пожав плечами, он медленно поплелся за ней.
— Вот, одевай! — указала она на одежду, аккуратно сложенную на столе: клетчатая рубашка, брюки, кожаная куртка… Перехватив его взгляд, тут же добавила. — Это все новое…
— Да… я не к тому, — попробовал оправдываться Савелий, но девушка перебила:
— Так и я не к тому! Одевай: разбогатеешь — отдашь! — Варя весело улыбнулась. — Хотя дет, погоди. Садись сюда. — Она поставила посреди комнаты стул, как раз напротив трюмо. Савелий недоуменно уставился на нее.
— Господи, да стричь же тебя буду! — воскликнула Варя и прыснула, не выдержав его странного взгляда.
Савелий расхохотался и плюхнулся на стул. Несколько минут они, хитро переглядываясь, заходились в судорожном смехе. Наконец успокоились, и Варя взяла в руки ножницы.