А оказывается не всегда можно помочь или не нужно, хрен его знает. Некоторым жизнь так хребет ломает, что никакими запоздавшими благими намерениями не поможешь. Так что сорвалась она в очередной раз и утопилась, как болтали тогда соседи. Только в этот раз уже по-настоящему. Вот и вся история.
Таисия молчала, не могла вымолвить и слова – поперек горла ком встал, перехватывая дыхание, затрудняя его. Смотрела на дату смерти, отпечатанную на могильном камне. Простая арифметика. В тот день, когда она впервые встретила Артёма, едва минуло девять дней с момента смерти Кристины.
Сильно его накрыло, если ходил с таким видом, словно был болен. Или просто сорвался?.. В голове не было ни одной путной мысли или подходящих слов, только отчего-то расплывались перед глазами цифры так, что было не разобрать ни одной.
– Чего такая смурная, принцесса? – приподнял подбородок, заглядывая в лицо, – не стоит слёзы лить. По мне так уж точно. Сидишь с таким видом несчастным и якобы понимающим, что можно подумать, будто было у тебя в жизни что-то пострашнее сломанного ноготка.
Живёшь ты в своём хорошем чистом мирке, носик хмуришь, когда нечто не по-твоему и губы дуешь, если кто не угодил тебе сразу. Может, так и надо: не знать, что в жизни дерьма хватает и иногда ты сам ему причиной, а?"
"Да и что – резко выстрелила мысль в её голове, разве я виновата в том, что родилась в достатке, ела досыта и ходила по чистым, выметенным дорожкам, зимой присыпанным песком так, чтобы не поскользнуться и не упасть? Сказать только не могла – горло до сих пор что-то драло изнутри, словно колючей проволокой.
Она вскочила, вырываясь из его рук, и быстро зашагала прочь, смахивая злые слёзы на ходу. Иногда действительно лучше ничего не знать, жить, смотря только вперёд и немного вверх, не замечая грязи и не задумываясь о том, что кто-то в этой грязи по уши увяз и всё никак выгрести из неё не может, задыхается под толстым слоем, залепившим нос и глаза.
Плевать, какое ей до этого дело? И не её вина в том, что у этого странного мужчины нечто всколыхнулось внутри и привиделось ещё там, на мосту, а после вцепился в неё намертво, как клещ, и пьёт кровь из неё по капле, изматывая своим тяжёлым характером и крутым, резким нравом. Бьёт словами больнее, чем кто бы то ни было, чуть насмехаясь, и не отпускает, заставляя постоянно выходить из зоны собственного комфорта.
