А что до матери, то она как раз почти каждый год исправно исполняет свою мечту, встречая Новый Год среди белого песка, а не снега. Кажется, мать исполнила обещанное: отец не пытался докучать ей разговорами и наставлениями о личной жизни, развлекался от души, лихо преодолевая на лыжах довольно крутой спуск с возвышенности. Вот и сейчас он, взметнув в воздух снежную пыль, остановился возле неё, довольно улыбаясь:
– Как спуск?
– Ещё немного поработаешь над торможением и можешь готовиться в олимпийскую сборную, – пошутила Тася.
– Если только для пенсионеров, Тася, – отмахнулся отец, но тем не менее остался доволен её ответом, – пойдём чаю выпьем, составишь мне компанию.
Таисия двинулась вслед за отцом, отстегнув лыжи и радуясь передышке: с непривычки у неё ныли ноги и немели пальцы рук. Слишком давно она не каталась на лыжах, а занятия в тренажёрном зале давали лишь отличный результат для фигуры, но в активном занятии спортом служили слабым подспорьем. Можно будет передохнуть в небольшом деревянном помещении, специально предназначенным для отдыха.
Имитация русской избы с грубо сколоченной деревянной мебелью, развешанными по стенам различными сборами трав и неизменным пузатым самоваром. Чистая картинка, вылизанная до неприличия, немножко фальшивая и чересчур красивая, чтобы быть правдой. Как эти их посиделки с отцом за столом с огромными чашками травяного чая в руках.
– Тася, в прошлый раз ты не захотела меня слушать, отделавшись причиной в виде телефонного звонка…
Ну вот.
А она только недавно подумала, что всё обойдётся без нравоучений.
– Именно поэтому ты решил вывезти меня вместе со своей семьёй на базу отдыха, где не работает сотовая телефонная связь, кроме стационарного городского? Чтобы я не смогла отвертеться от разговора под каким-нибудь предлогом?
– Я ещё ничего не сказал, а ты уже выстроила против меня штыки.
– Мне кажется, я знаю, на какую тему ты хочешь со мной поговорить и не слишком рада, что ты вновь поднимаешь её, будто не о чем больше побеседовать.
– Тася, не стоит считать меня своим врагом. Честно, даже не знаю, как начать разговор так, чтобы ты не видела во мне угрозу своему личному счастью. Но…
– Если ты знаешь о Симонове что-то, что я должна знать, говори прямо, не юли, – твёрдо посмотрела в глаза отцу чуть нахмурившись, отметив про себя, что сейчас он смотрит на неё с таким же выражением лица.
