Автор
Отважный фоторепортер оказывается втянут в опасную игру, где каждый кадр может стать его последним. В этом сборнике детективных рассказов Джеймса Хэдли Чейза читатель становится соучастником преступлений, разворачивающихся на глазах и шаг за шагом приближающихся к неизбежной развязке.
Раздел Chitat.online для книги «С/с. Том 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Отважный фоторепортер оказывается втянут в опасную игру, где каждый кадр может стать его последним. В этом сборнике детективных рассказов Джеймса Хэдли Чейза читатель становится соучастником преступлений, разворачивающихся на глазах и шаг за шагом приближающихся к неизбежной развязке.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Джеймс Хэдли Чейз Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Отважный фоторепортер оказывается втянут в опасную игру, где каждый кадр может стать его последним. В этом сборнике детективных рассказов Джеймса Хэдли Чейза читатель становится соучастником преступлений, разворачивающихся на глазах и шаг за шагом приближающихся к неизбежной развязке.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ольмедо пообещал отправить их со своим посыльным в «Отель де Торо».
В ожидании Крила Кейд сидел в конторке Ольмедо и от нечего делать развернул лежащую на столе утреннюю газету. Ему сразу бросилась в глаза фотография Барреды и текст под снимком:
«Мануэль Барреда, известный судовладелец, умер вчера утром от острого сердечного приступа. Сеньор Барреда восстанавливал здоровье после предыдущего сердечного приступа в роскошном отеле в Акапулько. Он…»
Газета выпала из рук Кейда. Он ощутил озноб и слабость. Этот человек был бы жив, если бы Хуана его не бросила. Он, Кейд, украл ее у покойника… Он был повинен в смерти.
Кейд позвонил Хуане, которая ответила не сразу.
— Ты читала сегодняшние газеты? — спросил Кейд.
— Кариньо! Я слишком занята, чтобы читать газеты. А что такое?
— У Барреды вчера утром был приступ. Он умер.
После паузы она сказала:
— В самом деле? У меня на кухне что-то закипает, я должна посмотреть. Ты будешь…
— Ты слышала, что я сказал? Барреда мертв! И мы тому причиной.
— Но, кариньо, он был стар и болен. Все старики умирают. С чего ты взял, что это мы тому виной. В чем дело? Ты, кажется, чем-то расстроен?
Кейд вытер пот со лба. На противоположной стене висела фотография девицы в бикини.
— А ты не расстроена?
— Ну, мне, конечно, очень жаль, но…
— Мы не должны были так с ним поступать, Хуана.
— Но когда-то же он должен был умереть, — резко ответила любовница. — Так что не переживай, дорогой. Мне надо идти, иначе наш прекрасный обед подгорит, — и она повесила трубку."
"«Все мы когда-то должны умереть. Но не так же вот! — думал Кейд подавленно. — Ведь такое может случиться и со мной! Завтра, на следующее утро или на следующий год в ее жизни появится другой мужчина, и она с легкостью оставит меня и уйдет к нему. И будет иметь на то полное право».
Кейд ощутил приступ удушающего страха. После того, как он встретил Хуану, казалось немыслимым потерять ее. Чего он ждет? Что он ходит вокруг да около? Он любит ее. Он от нее без ума, и она от него тоже. Ясно, что надо жениться на ней, да побыстрее.
Чуть позже четырех часов Кейд притормозил у дверей своего дома на сверкающем алом «сандерберде».
Чуть позже шести они сидели рядышком в саду, близ террасы.
А между четырьмя и шестью гоняли на «сандерберде» по окраинам Мехико. Хуана водила автомобиль с поразительным мастерством. Она кричала от радости и осыпала Кейда поцелуями. То же повторилось уже в садике, когда он нацепил ей на руку браслет с бриллиантами — один из пяти, предложенных ему Крилом, стоимостью в двадцать тысяч долларов каждый.
В восемь часов вечера, обнаженные, они крепко сжимали друг друга в объятиях, глубоко и прерывисто дышали, стонали и кричали от наслаждения, и шум вечернего города оттенял эту симфонию любви.
