Автор
Отважный фоторепортер оказывается втянут в опасную игру, где каждый кадр может стать его последним. В этом сборнике детективных рассказов Джеймса Хэдли Чейза читатель становится соучастником преступлений, разворачивающихся на глазах и шаг за шагом приближающихся к неизбежной развязке.
Раздел Chitat.online для книги «С/с. Том 2» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Отважный фоторепортер оказывается втянут в опасную игру, где каждый кадр может стать его последним. В этом сборнике детективных рассказов Джеймса Хэдли Чейза читатель становится соучастником преступлений, разворачивающихся на глазах и шаг за шагом приближающихся к неизбежной развязке.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Джеймс Хэдли Чейз Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Отважный фоторепортер оказывается втянут в опасную игру, где каждый кадр может стать его последним. В этом сборнике детективных рассказов Джеймса Хэдли Чейза читатель становится соучастником преступлений, разворачивающихся на глазах и шаг за шагом приближающихся к неизбежной развязке.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Днем он съездил в дом Кейда и забрал почту. Вернувшись, снова постучал в дверь к Кейду.
— Сеньор, тут почта для вас.
Дверь через некоторое время отворилась. Кейд успел снять с головы бинты. Он был небрит и сильно пьян, но волосы на голове начали уже отрастать. Он глядел на Крила стеклянными глазами.
— Давайте!
Вырвал корреспонденцию из рук Крила и принялся лихорадочно перебирать. Крил с грустью наблюдал за ним. Кейд явно рассчитывал получить письмо от Хуаны.
— Все. А теперь — уходите! — и Кейд захлопнул дверь перед самым носом Крила.
Усевшись на кровать, он принялся быстро один за другим вскрывать конверты. Беглого взгляда было достаточно, чтобы увидеть — пришли новые счета. Было тут и письмо от страховой компании, в котором подтверждалось, что Хуана получила три тысячи долларов в качестве компенсации за «сандерберд». От клуба «Динер» пришел счет на семьсот долларов.
Кейд бросил бумаги на пол и, покачиваясь, прошел к столу, где стояла непочатая бутылка текилы.
Он знал, что катится под откос, но ему было наплевать. Только он поднес стакан к губам, как зазвонил телефон. Рука дрогнула, текила расплескалась. Немного поколебавшись, Кейд поставил стакан на пол и поднял трубку.
Звонил Сэм Уонд.
— Как дела, Вэл? — загудел Уонд в трубку. — Ты в форме для срочной работы?
Кейд закрыл глаза. Голова кружилась, его подташнивало.
— Эй, Вэл! Ты меня слышишь?
Он с усилием ответил:
— Привет, Сэм. Со мной все в порядке. Слушай… тут мне кучу счетов наприсылали. Утряси это дело, а? Акции продай или еще чего… Мне надо расплатиться с этими чертовыми долгами. Усек?"
"— Ладно. Перешли счета мне. Но у меня для тебя есть работа. Ты уверен, что ты в хорошей форме?
— Сколько раз тебе повторять? В самой что ни на есть лучшей. Что за работа?
— Завтра в Мехико прибывает генерал де Голль. Французы заказали эксклюзивный фоторепортаж. Хороший заказ, Вэл. Мне пришлось поработать локтями и кулаками, чтобы вырвать его для тебя. Дело крупное: «Пари-Матч», «Жур де Франс»… Сделаешь все как следует — и о долгах не беспокойся. Адольфо все организует. Только снимай.
Кейд вытер пот с лица. От выпитого снова начала болеть голова.
— Все понял… сделаю, Сэм, — сказал он. — Спасибо тебе.
Он положил трубку.
…Это был первый прокол в карьере Кейда. Полный провал. Крил-то все прекрасно организовал — добыл пропуск и разрешение на эксклюзив с генералом де Голлем, заранее провел Кейда во дворец. Все хорошо, кроме того, что Кейд был пьян, как свинья. Он не смог даже самостоятельно проявить пленки и отпечатать снимки. Это дело поручили Ольмеде. И пока Ольмеда возился в лаборатории, Крил и начавший трезветь Кейд молча ожидали результатов, и обоими медленно, но верно завладевало тягостное предчувствие беды.
