Автор
В тихой части Криллон-бара, где журналистов не интересуют обсуждения, сидели два важных персонажа: Джон Дорн — увальноватый бизнесмен в элегантном костюме и очках без оправы, и Гарри Росленд — крупный мужчина средних лет, одетый невзрачно. Этот незаметный уголок бара готовит захватывающий сюжет в динамичной истории....
На нем ладно сидели легкий костюм и щеголеватая широкополая шляпа, слегка надвинутая на правый глаз. Подтянутый и опрятный, он производил впечатление волевого человека, твердо знающего чего он хочет.
— Лу Брэндон, лейтенант, — представил меня Кенди.
Ренкин обернулся. Пройдясь по мне испытующим напряженным взглядом, он порылся в кармане и вытащил листок бумаги.
— Это вы послали?
Он показал телеграмму, в которой я сообщал Джеку о времени своего прибытия.
— Да, телеграмму отправил я.
— Он был вашим другом?
— Компаньоном.
Ренкин продолжал задумчиво глядеть на меня.
— Пойдемте, вы должны посмотреть на него, — сказал он наконец. — Потом побеседуем конкретно.
Стараясь держать себя в руках, я вслед за лейтенантом зашагал по раскаленному песку"". Скоро мы уже входили в купальную кабину.
2Специалисты по отпечаткам пальцев — два здоровенных широкоплечих мужика — старательно посыпали подоконники каким-то порошком. Рядом с низеньким столиком заполнял бланк худощавый пожилой человек, у ног которого стояла черная сумка.
На полу, изогнувшись в странной позе, словно пытаясь уползти от чего-то или кого-то страшного, распластался Джек. На нем были только шерстяные плавки. На шее чуть ниже затылка зияла багрово-синяя рана; кожа вокруг нее сохраняла следы сильных кровоподтеков. Когда я наклонился и заглянул Джеку в лицо, меня поразило выражение неописуемого ужаса.
— Это он? — спокойно спросил Ренкин, не отрывая от меня взгляда своих холодных серых глаз.
— Да.
— Хорошо. — Лейтенант взглянул на худощавого человека за столиком: — Заканчиваешь, док?"
"— Почти.
Выслушав заключение медицинского эксперта, Ренкин сказал:
— Когда закончите, пусть уберут труп.
Поманив меня пальцем, он вышел вон. Когда мы подходили к автостоянке, я счел необходимым предупредить его вопрос:
— «Бьюик» принадлежит Шеппи и мне, лейтенант. Это наша общая собственность.
