Автор
В тихой части Криллон-бара, где журналистов не интересуют обсуждения, сидели два важных персонажа: Джон Дорн — увальноватый бизнесмен в элегантном костюме и очках без оправы, и Гарри Росленд — крупный мужчина средних лет, одетый невзрачно. Этот незаметный уголок бара готовит захватывающий сюжет в динамичной истории....
Там я начал писать, подражая Хемингуэю, но ничего не получилось… Я голодал. Вскоре умер отец, и я оказался обладателем трехсот тысяч долларов, которые промотал за два года, после чего опять впал в бедность. Тогда-то появился Гарри Росленд и предложил работу. Это было шесть лет назад… Вот и все! — он растянулся на песке. — Давай-ка поспим, завтра будет трудный день…
Он закрыл глаза, но сон не приходил. Он думал о Борге и Шварце, о Малихе и Джанин. Последняя его мысль была о Кейри. Он вспомнил о словах Тессы: «Отец сказал, что вы единственный человек Дорна, которому он может довериться», — и уснул.
Когда Гирланд проснулся, уже забрезжил рассвет, и поднявшийся ветер начал заносить их песком. Тесса, свернувшись калачиком, спала рядом. Он мягко дотронулся до нее:
— Пора двигаться.
Она взглянула на часы: было немногим больше четырех. Тесса потянулась, зевнула и поднялась, стряхивая песок.
Момар встал раньше и уже сварил кофе. Он принес две дымящиеся чашки, и они с наслаждением выпили ароматный напиток.
Вскоре машина снова запрыгала по ухабам и корням, углубляясь все дальше и дальше в заросли.
Через несколько километров они увидели вдали большую деревню, окруженную оградой из бамбука и соломы. Пожилой африканец в синем безразличным взглядом проводил проехавший автомобиль.
— И часто тебе приходится ездить по такой дороге? — спросил Гирланд.
— Нет. С тех пор как я приехала, я была в Диорбеле только два раза: ездила за продуктами и другими необходимыми вещами.
Они проехали еще около пятидесяти километров и еще четыре раза увязали в песке. Солнце стояло высоко, и возня с машиной измотала их вконец. Гирланд был благодарен Тессе за ее предусмотрительность — два больших термоса с соком, без преувеличения, спасли их от мучительной жажды.
— Осталось пять километров, — неожиданно сказала Тесса, объезжая очередные заросли. Вскоре замелькали бамбуковые и тростниковые хижины.
— Приехали! — Тесса устало прикрыла глаза и тут же встрепенулась: — Спрячем машину под тем большим стогом сена… А это дом Момара.
Машина подъехала к жалкой лачуге, и из ворот вышли три улыбающихся африканца, окруженные стайкой курчавых ребятишек. Тесса всем пожала руки. Гирланд, улыбаясь, последовал ее примеру. Момар дал распоряжение разгрузить машину и замаскировать ее сеном.
Гирланд пошел за Тессой. Слева от них на открытом месте стояли две хижины.
