Прошло почти сутки, и я все еще шагаю вокруг дачи генерала Калутина. Насколько мне известно, здесь были оставлены последние запасы продовольствия для эвакуации из зоны осадков. Внутри дома мне не доверили, так как это могло быть опасным. Теперь я сосредоточенно исследую каждый уголок, стараясь увидеть скрытые трещины или повреждения, которые могут предупредить о том, что здание больше нельзя использовать....
Я подумал, что-либо машина утратила возможность двигаться дальше, либо что-то с водителем. А на самом деле из заднего окна показалась рука и тут же исчезла… Ещё не сообразив, что бы это могло значить, я тем не менее интуитивно взял левее и как раз вовремя — всего в нескольких метрах от меня, что-то рвануло…
— Граната! Вот же суки!
Выжал газ, намереваясь зайти слева. Но тут УАЗ снова резко вильнул, заскрипели тормоза. Вездеход резко накренился, налетел на что-то и завалившись на бок, со страшным грохотом перевернулся.
Я тут же дал по тормозам. Схватив автомат и соскочив с мотоцикла, я бросился к машине. В магазине еще должно было остаться штук пять-семь патронов.
Из пассажирского места показалось чье-то тело. В руке зажат пистолет.
Выстрелив, я попал точно в кисть. Человек вскрикнул.
— Вылезай, ну! — заорал я, держа его на прицеле. — Или вторую руку прострелю!
Тот неловко поднял обе трясущихся руки, одна из них была окровавлена.
Наконец-то я разглядел его перекошенное от боли, злости и страха лицо.
Глава 4. Разбирательство
Быстрый осмотр слетевшей с дороги и перевернувшейся машины показал, что водитель погиб непосредственно в результате крушения внедорожника, а Рустам с двумя пулевыми ранениями хотя ещё и был жив, но помочь ему уже было нельзя… Несколько минут и не жилец! Водитель, кстати, тоже оказался таджиком.
Зато Кикоть — эта мерзкая гнида, что уже так или иначе несколько раз попадалась у меня на пути, целехонька… Ну, не считая лёгкой ссадины на голове и простреленной мной руки.
— Громов, не стреляй! — громко попросил Василий Николаевич, глядя на меня испуганными глазами. Но я прекрасно знал, что доверять ему нельзя ни в коем случае. Такой обманет, как два пальца об асфальт!
С таким человеком нужно всегда быть начеку, ожидая подлянки.
Несмотря на то, что его возраст уже за шестьдесят, он все равно был невероятно хитрым, коварным и опасным человеком.
— Вот так чудеса… — глухо произнес я, держа его на прицеле. — Ошиблись транспортом, товарищ полковник. Фамилия настоящая или так, рабочий псевдоним?
Василий посмотрел на меня с безразличным взглядом. Вид у него был вполне себе ничего, несмотря на аварию на дороге, однако он все равно старательно корчил из себя жертву, которой по-прежнему очень больно, а маленькие водянистые глазки все равно бегали по сторонам, ища возможность выкрутиться.
