Смахивает на афганскую… — неопределенно ответил я, на что Копченов тут же высказал свое мнение, что это не так и ближе всего по вкусу турецкая и иранская кухня. А лепешки, они мол и в Африке лепешки.
Я спорить не стал. Меня не это сейчас волновало. Вернее, меня так-то ничего не волновало, кроме того, что я вновь оторван от семьи и от девушки.
— А ты сам-то откуда? — словно прочитав мои мысли, поинтересовался тот.
— Из Батайска."
"— Да? — усердно работая челюстями, снова спросил капитан. — А это где?
— Центр Ростовской области.
Я сделал вывод, что этот Копченов либо умело пытается войти ко мне в доверие, открыто демонстрируя какой он простой рубаха-парень, либо же на самом деле тот ещё тот болтун. У него же рот не закрывался ни на минуту, шел вопрос за вопросом. Он даже умудрялся болтать с набитым ртом.
А я наоборот, больше молчал и разговор поддерживать не стремился.
Из входящих и выходящих отсюда сирийцев на нас никто особо не обращал внимания — русские на авиабазе с недавних пор стало абсолютной нормой. И хотя ходить нам разрешалось далеко не везде, чувствовалось нейтральное дружелюбие.
— А, понятно. А я из Томска. А в Афганистане кем служил?
— Да так, в разведбате отсиделся. Несколько боевых выходов было, но ничего особенного. Скучно, как у всех. — отмахнулся я, а сам смотрел за его реакцией. И не ошибся, он меня проверял, кося под близкого друга.
— Ха! Как у всех, ну сказал! Молодец, Громов… Ты не из болтливых! — похвалил тот и резко изменился в поведении.
— Я больше думать люблю! — кивнул я. — Товарищ капитан, заканчивайте этот цирк. Ни к чему эта ерунда. Все что нужно, вы обо мне знаете… А чего не знаете, так спрашивайте!
— Хорошо, как скажешь! — понимающе хмыкнул тот.
До конца обеда, мы почти не разговаривали. Лишь когда дошло дело до чая, Копченов вновь заинтересовался мной.
— Слушай, Громов… А как твой командир воспринял тот факт, что ты теперь здесь? Группа «Зет», это же вы?
— Не знаю. Этот вопрос не обсуждался. Но вообще мне самому непонятно — про меня словно все забыли. Будто бы и не существовал раньше.
Капитан снова улыбнулся. Вряд ли он мог знать про мой недавний созвон с Игнатьевым.
— Знакомо. К этому тоже нужно привыкнуть. Кстати, а чего это ты мате взял? Пил его раньше, что ли?
— Доводилось, — соврал я. — В Афгане угощали. Так и сказали, сирийский чай. Ну, мне и понравилось. А что?
— Да просто. Первый раз вижу, что его целенаправленно новички берут.
Когда мы закончили прием пищи, я почувствовал нестерпимое желание поспать. Принцип — после сытного обеда нужно сразу отдохнуть, был актуален как никогда. Но я сдержался.
Помню, что полукилометром севернее был развернут небольшой лагерь, где проживали советские люди. КимБ в восьмидесятых ещё конечно же не было, а вот бетонные домики имелись.