Сталин и разведка — читать онлайн бесплатно полностью

Этим и объясняются теплые слова, сказанные Сталиным Василию Зарубину при расставании…

Уходя от Сталина, Зарубин на мгновение увидел в нем — его герое, полубоге — простого, усталого, одинокого старика.

Несколько дней спустя Зарубины выехали в США через Дальний Восток. Уезжали они в дни октябрьской паники, когда казалось, что вся Москва ударилась в бегство, и хотя знали, что едут на важное ответственное задание, чувствовали себя чуть ли не дезертирами.

Весьма колоритной фигурой с необычной судьбой стал известный контрразведчик и разведчик Евгений Петрович Питовранов.

В 1938 году, в 23-летнем возрасте, он с четвертого курса Московского института инженеров транспорта и после личной беседы с Ежовым и Берией почти сразу назначен на пост начальника отдела Горьковского управления внутренних дел. Уже через два года он стал начальником Горьковского, затем Кировского, а в 1943— 1945 годах Куйбышевского управления, очень важного в то время, так как именно в Куйбышеве находился весь дипломатический корпус. Именно тогда он оказался «на слуху» у Сталина.

Дело в том, что в 1943 году в США сбежал сотрудник военной приемки полковник Кравченко. Сталин обрушил весь свой гнев на руководство НКВД, и то приняло «мудрое» решение: организовать переход на нашу сторону и обращение с просьбой о «политическом» убежище какого-либо высокопоставленного иностранца из числа англичан или американцев. Дело было поручено Питовранову. Он подобрал и сумел склонить к этому шагу главного редактора газеты «Британский Союзник» Уильямса Спарка (фамилия изменена по этическим соображениям).

О роли Питовранова было доложено Сталину, и он запомнил его фамилию.

В 1944 году, когда иностранные дипломаты стали возвращаться из Куйбышева в Москву, оказалось, что их офисы и квартиры напичканы «жучками», в том числе и квартира посла США Гарримана. Назревал серьезный скандал. Сталин собрал руководителей органов госбезопасности для поисков выхода из создавшегося положения.

— С теми сапожниками, кто еще не научился как следует работать, мы разберемся позже, — нервно закончил краткое вступление Сталин, — а сейчас следует решить, какую принципиальную позицию нам следует занять. Считал бы правильным особо не расшаркиваться перед американцами — это выглядело бы, по меньшей мере, глупо, а спокойно и, главное, убедительно изложить нашу версию… Прошу всех подумать, жду предложений.