В ходе войны, которая шла с переменным успехом, советские войска были разгромлены. В польском плену оказалось более 120 тысяч красноармейцев. Из них 20 тысяч были фактически умерщвлены, умерли голодной смертью или погибли в плену от других причин. Судьба еще 30 тысяч также печальна. Польские власти нести ответственность за это преступление отказались.
Позднее Сталин обвинит Егорова, Тухачевского и других военачальников в «преступной медлительности, продиктованной предательскими замыслами» и приведшей к поражению.
Но ведь он был членом Военного Совета Юго-Западного фронта и тоже участвовал в принятии решений! Правда, и для Егорова, и для Сталина есть оправдание. По мнению Егорова, двигаясь форсированным маршем с Юго-Западного фронта и не встречая сопротивления, 1-я Конная армия достигла бы района боев только тогда, когда никакой существенной помощи разгромленным войскам Тухачевского она оказать уже не смогла бы. Однако в узком кругу Тухачевский не упускал случая высказывать упреки в адрес Сталина.
И Сталин припомнил ему это: свидетелей своих неудач он не любил.
Поражение в польской войне разрушило утопические мечтания о «помощи польских рабочих», о «восстаниях в тылу польских войск», к тому же выяснилось, что и о передвижениях польских дивизий, их сосредоточении на главном направлении, о сроках контрнаступления наше командование ничего толком не знало.
Все это вынудило советское руководство уделить разведке серьезное внимание. В сентябре 1920 года Политбюро ЦК РКП(б) вынесло решение о ее реорганизации.
«Слабейшим местом нашего военного аппарата, — говорилось в нем, — является, безусловно, постановка агентурной работы, что особенно ясно обнаружилось во время польской кампании… Учитывая ту международную обстановку, в которой мы находимся, необходимо поставить вопрос о нашей разведке на надлежащую высоту. Только серьезная, правильно поставленная разведка спасет нас от случайных ходов вслепую».
Для разработки мер по улучшению деятельности разведки была создана специальная комиссия.
В нее вошли: И.В. Сталин, Ф.Э. Дзержинский и ряд других лиц. На основе разработанных комиссией предложений, Дзержинский 12 декабря отдал следующее распоряжение управляющему делами ВЧК: «Прошу издать секретный приказ за моей подписью о том, что ни один отдел ВЧК не имеет права самостоятельно отправлять за границу агентов или уполномоченных или осведомителей без моего на то согласия.