Разбив коробок марихуаны для подружки Наташи, Сталкер из ГРУ Сережа Кулаков быстро набил себе косячок. Воздействие таблеток убаляло его, словно выросли над спиной большие белые крылья — он чувствовал себя легким и свободным. Чтобы скрыть свое действие и избежать жалости от Сережи, Наташа мигом ушла в ванную, готовясь освежиться после токсичного удовольствия....
Само собой, под его немигающим орлиным взором аппетит у Льва Осиповича пропал. Он не доел котлеты, торопливо отхлебнул апельсинового сока и повел гостя в атриум, понимая, что разговор будет очень важным.
– Когда комиссия ОБСЕ будет в Заречном? – без лишних слов спросил Магомед, рассевшись в плетеном кресле.
– Восемнадцатого июля, – немедленно сообщил Лев Осипович.
– Значит, семнадцатого июля, не позже, депутат Травкин должен прилететь в Верхнеозерск, – не то спросил, не то приказал Магомед.
– Совершенно верно.
– Хорошо, – кивнул Магомед. – Очень важно, чтобы все произошло синхронно. Мы не можем ошибиться. На карту поставлено очень много.
– Я знаю, – отозвался Лев Осипович. – Я сам поставил на нее немало.
Магомед никак не отреагировал на его каламбур. Всегда беспечный, как юноша, на этот раз он был чрезвычайно серьезен. Глубокая морщина залегла между густыми бровями, губы сурово поджались. Теперь, когда стадия подготовки к восстанию подошла к последнему этапу, его обуревали вполне понятные опасения.
– Травкин не станет комбинировать в последний момент? – допытывался Магомед.
– Да, согласился он с большим трудом, – подтвердил Лев Осипович.
– И что же? Он не подведет? Ведь его трусость давно известна.
– Кто из политиков не трус? – улыбнулся Лев Осипович. – На публике все они львы, а как дойдет до дела, разбегаются как зайцы. Но вы можете не волноваться, дорогой Магомед. Иван Петрович кое-чем мне весьма обязан, и в Верхнеозерске будет точно в срок.
