Автор
В камере привычное течение времени замерло, но в душе Сталкера борьба не утихала. Через каждые четвертый день он засекает время на календаре и черным маркером вычеркивает дату — своего рода жест против бездны, которую он сталкивался в тюрьме. Сталкер оставляет следы гнева и надежды на свободу, но сам виновен в уничтожении себя....
Ванесса пялится на меня, и я тоже не отрываю от нее взгляд. Я хочу, чтобы она столкнулась с тем, что сделала. Хочу, чтобы увидела руины, которые оставила позади. Я не позволю, чтобы это сошло ей с рук. Если она не чувствует раскаяния, я заставлю ее.
Я тянусь рукой к заднему карману и достаю свой пистолет, направляя его на Ванессу в момент, когда она пытается поднять свой. Но слишком поздно, потому что я уже приставил дуло к ее лбу.
— Ни единого ебаного движения.
Она рвано дышит.
— Я просто хочу на свободу.
— Мне наплевать, чего ты хочешь. Ты предала меня. Солгала мне. Ты, блядь, посадила меня в тюрьму! — кричу я, толкая пистолет в ее череп, отчего на месте соприкосновения появляется красный след. — Теперь отдай мне чертов ствол!
Ванесса поднимает руку, но та даже не дрожит, когда я забираю пушку и отбрасываю в сторону. Ее тело напряжено, глаза холодные, лицо неподвижно. Как будто она полностью потеряла желание жить... или чувствовать. Или она не позволяет себе. Все эти годы она носила маску, фальшивое лицо совершенства, и теперь снова пытается надеть ее.
— Ты чертова лгунья… ты, мать твою, не любишь меня, — шепчу я. — Это была ложь, не так ли?
Ванесса не отвечает, когда я обхожу ее, толкая дальше по коридору.
— Хоть раз скажи мне правду! — рычу я.
Внезапно она оборачивается и хватает меня за запястье, тянет мою руку в сторону, резко выбивая пистолет. Она бесстрашная, беспощадная, какой я никогда раньше ее не видел.
Я не знал, что она способна сделать подобное — сражаться, как воин.
— Я не хотела этого делать, Феникс, но ты не оставил мне выбора, — бросает она, пиная меня по яйцам.
Я сгибаюсь от боли, пытаясь прийти в себя, чтобы оттащить ее от пистолета, который она пытается схватить. Бросаюсь сверху, роняя ее на пол. Ванесса оказывается подо мной, отбивается резкими ударами и острыми, как ножи, ногтями.
— Слезь с меня! — кричит она.
— Я, блядь, не верю тебе, — рычу в ответ.
— Как я могла после того, что ты сделал? — кричит Ванесса.
— Что я сделал? — Не могу поверить в то, что слышу.
— Ты попытался отправить меня за решетку, — кричит она.
О, теперь я знаю, о чем она.
— И вместо этого ты отправила туда меня. У тебя грехов не меньше моего.
