В тени кустов стучит сердце, а свет за окном пугающе медленно колеблется. Яркий огонь, гудящий в потолке и шорох одежды — все вместе создают непреодолимое чувство тревоги. Стальной цветок долины вырывается из глубин сознания, будоража жаром и холодом, радостью и отчаянием одновременно....
— Ясно, — задумчиво протянула, покосившись на печальную девчушку, — Орли, а давай слепим из теста фигурку. Например, кота или щенка? А может домик, гриб?
— Из теста? — переспросила Бинна, непонимающе взглянув на меня.
— Солёного, — кивнула, продолжив объяснять, — его можно высушить и будет крепкая и красивая фигурка. А ещё можно взять в красильне разные цветом жидкости и окрасить наши фигурки.
— Щенка, — произнесла Орли, чуть улыбнувшись.
— Отлично, значит, будем лепить фигурку щенка, а ты Бинна что?
— Хм… кота?
— Ну хорошо, тогда я домик, а туда поставлю свечку.
— Ой! А у меня есть такой, только глиняный, — воскликнула Бинна, — мне мама Риана подарила, сказала на память о северных землях, с которых я прибыла.
— Покажешь?
— Конечно, — заверила девушка, чуть оживившись."
"Набрав у Морны немного муки, соли и воды, я замесила тесто и, выделив каждому по кусочку, мы приступили к лепке. Наблюдая за увлечёнными Бинной и Орли, я радовалась, что мне удалось отвлечь этих замечательных и добрых людей от тягостного настроения.
До самого позднего вечера мы лепили фигурки, тихо переговариваясь. Даже Морна с Уной в итоге к нам присоединились, наблюдая со стороны за нашей лепкой, рассказывали истории и легенды острова Ибернии.
В итоге за пару часов у нас из маленького куска теста получились: отличный разноухий щенок размером с мой мизинец.
По комнатам расходились довольные и капельку радостные. Наверное, поэтому мне в голову вдруг пришла гениальная идея. Что пол у стены я же не осмотрела! Заперев дверь, проверив на всякий случай ванную и шкаф, хотя Слоан это сделал прежде, чем мне было позволено войти.
— Ничего, — сердито пробурчала, поднимаясь с колен, разочарованно облокотилась лбом о стену, тут же ошарашенно застыла, услышав тихий скрежет. Стена! Она будто бы нехотя чуть сдвинулась, ненадолго замерев, кряхтя, как старушка, вновь шевельнулась и медленно укатилась в сторону.
