На фоне мрачного рассвета происходит трагическое событие у Дармоншир Провала. Несколько человек собираются в месте, где вспыхивает огонь, а одна женщина прижимает к груди брачный браслет. Напряжение между персонажами и невыносимое горе создают интригу вокруг происходящего.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Стальные небеса»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
На фоне мрачного рассвета происходит трагическое событие у Дармоншир Провала. Несколько человек собираются в месте, где вспыхивает огонь, а одна женщина прижимает к груди брачный браслет. Напряжение между персонажами и невыносимое горе создают интригу вокруг происходящего.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ирина Владимировна Котова Самиздат подборки серии
На фоне мрачного рассвета происходит трагическое событие у Дармоншир Провала. Несколько человек собираются в месте, где вспыхивает огонь, а одна женщина прижимает к груди брачный браслет. Напряжение между персонажами и невыносимое горе создают интригу вокруг происходящего.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Стальные небеса» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Просили люди спасти их от проклятых луней, обещали все золото отдать и всех прекрасных девственниц в жены. Но отказался Мастер от даров…
Света довольно хмыкнула.
…попросил только надоить ему сорок кувшинов молока кобыльего и дать сорок лепешек сырых.
– Хотя нет, – сказал, – тридцать две сырых и восемь испеченных."
"…Пришла ночь. Люди попрятались в ямы под юртами, а Мастер развел огромный костер и сидит себе под боком у спящей кобылицы, молоко пьет, лепешки ест. Засвистело вокруг, загудело, и спустилась со скал серебристая стая луней – совиными крыльями машут, змеиные пасти открывают. Увидели Мастера, набросились на него – тот их, смеясь, клинком сечет, словно и не боится, прыгает вокруг, дразнит, а они ветром вокруг рассыпаются и снова собираются. Час идет битва, два идет, три – никто верх взять не может.
Тут вдруг упал Мастер. Поднялся с трудом, клинки опустил и крикнул:
– Вижу я, что сильны вы, духи воздушные. Не справиться мне, сыну Инлия и Воды, с вами никак. Очень вы сильные, позор мне и горе. Отвернется от меня отец.
Духи загудели, перестали нападать, ближе подлетели, слушают. Ведь каждому похвала себе приятна, а уж перед создателем как не погордиться?
– Пойду руки на себя наложу, – кричит Мастер, – не вынесу обиды.
Духи вокруг замельтешили, засвистели – вот какие они могучие, самого могучего победили.
– Только позвольте вам поклониться, – говорит Мастер, – дары преподнести. Кувшины с молоком: думал себе забрать, но раз вы меня победили…
Всем известно – нет для воздушников слаще лакомства, чем молоко. Духи от жадности мимо Мастера как полетят и один за другим в кувшины ныряют, один за другим пить начинают. А Мастер дождался, пока последний лунь в кувшин нырнет, и давай наскоро лепешками сырыми горлышки залеплять. Залепил, сверху знак Инлия запирающий на тесте начертил – и поставил в костер кувшины те запекаться. Стали лепешки от знака и огня твердыми, как камень.
Духи, когда молоко выпили, захотели выбраться – а нет пути обратно. Зашуршали они изнутри, застучали, стали на все голоса просить выпустить, обещали служить Мастеру, не обижать больше никого…
– И что, Чет их выпустил? – волнуясь, спросила Светлана.
– Нет, конечно, – ответил Вей Ши с гордостью. – Слово, данное в неволе, ничего не стоит, разлетятся – и ищи их потом, а еще и пакостничать начнут. Повесил на яблоню и так и оставил.
– Хорошая сказка, – улыбнулась Света.
– Это не сказка, – покачал головой наследник. – Сейчас земля в той степи так разошлась, что образовалось в ней длинное озеро. А у озера есть яблоневый лес. Посреди леса растет старая-старая яблоня, на ветках которой висят тридцать два запечатанных кувшина. И до сих пор в них шуршат, стучат и просят отпустить их духи. Я там сам был.
– Тридцать два? – уточнила Света.
